Зарубежная классика, давно собираюсь прочитать
Anastasia246
- 1 251 книга

Ваша оценкаЖанры
Ваша оценка
Первая новелла из сборника «Алеф» Хорхе Луиса Борхеса называется «Бессмертный». Принято считать, что сборник этот – лучший.
Классика, как считают многие из нас, но он не был признан классиком. И Нобелевскую премию в области литературы не получил. Знаменитый аргентинский писатель. Жил: 24 августа 1899 – 14 июня 1986 г.
Читать Борхеса полезно: мозги прочищает – заставляет размышлять. Главное – не стремиться искать сложности там, где их нет. Это миф, что Борхес сложен и непонятен: читать его могут только те, кто семи пядей во лбу.
Всё несложное повествование «Бессмертного» (не стоит вдаваться в детали!) весьма увлекательно и направлено к одной-единственной цели – вникнуть в суть понятия «бессмертие». А когда поймёшь, о чём толкует Борхес, тогда приобретёт ещё большую ясность идиома «Помни о смерти».
И может перевернуться с ног на голову то, что понимается под «бессмертной душой» … Вот тут мне, верующему человеку, стало как-то не по себе … Когда я стала думать об этом. Но. Но человек не создан для вечной жизни на земле. Слава Всевышнему. А у бессмертной души совсем другое измерение.
Бессмертие на земле – хуже ада. Вдуматься только: умопомрачительная повторяемость всего. Хуже, чем обратное развитие плода в утробе матери …
«Ничто не случается однажды, ничто не ценно своей невозвратностью. Печаль, грусть, освященная обычаями скорбь не властны над Бессмертными.»
***
Причудливый рассказ. Так и веет от повествования и Лавкрафтом, и особенно Говардом с его знаменитыми историями о Конане-варваре … Образ Бессмертных – фантастический, завораживающий.
Множество литературных исторических отсылок усиливают ощущение бесконечности, повторяемости: лабиринт зеркальных отражений.
Борхес – поэтизирует прозу. И делает это настолько мастерски, что порою дух захватывает. Великолепные фантастические картины рисует воображение: немыслимое сменяется ещё более невообразимым и затейливым. Повествование похоже на покрывало в стиле пэчворк.
Чем дальше читаешь, тем больше понимаешь, что рассказчику доверять нельзя. Есть такой литературный приём: «ненадёжный рассказчик». Вот его-то и использует Борхес. Так что читала я с улыбкой на лице… В конце – всё понятно. Даже почему Гомер – троглодит. Правда при этом, – бессмертный. Естественно.

Соломон изрёк: "Ничто не ново на земле".
Сквозь века мы слышим голос трибуна, повествующего о странном путешествии в Город Бессмертных. Ощущение древнего, забытого, неясного. Когда всё и ничто так тесно переплетены, что становятся единым целым, тогда бессмертные теряют способность к состраданию. Все плюсы компенсируются минусами, уравновешиваются, на долю секунды становятся единицей, которая тут же рассыпается в ноль.

Нет, Борхес не для меня. Всего дюжина страниц, но ничего не понял, кроме одного: бессмертные тоже несчастливы.
Миллион литературных аллюзий и общая непрозрачность изложения навевают тоску. Хорошо хоть в самом конце автор раскрыл свой творческий метод:
Что ж, спасибо. Чтобы об этом догадаться, надо закончить филфак.
Прости меня, Хорхе Луис. Скорее всего, мы больше не встретимся никогда.
====== PS ======
Лайвлибовская аннотация, по-моему, досталась этому рассказу по ошибке. На случай если её заменят, приведу её полностью как вижу сегодня:
Ничего похожего в тексте нет.
Хотя... ХЗ.
С Борхесом всё может быть.
Единственное, что я вроде бы понял:
Не уверен. Очень может быть, что Борхес и не имел в виду квантовый (т.е. конечный) характер нашего мира, в котором бесконечной жизни суждено бесконечно повторяться. Может быть, автор думал о чём-то совсем другом...
ХЗ ХЗ ХЗ ХЗ
А самая хорошая фраза несомненно вот эта:
Цветистей и не скажешь. Не могу, правда, удержаться от добавления:

Жизнь Бессмертного пуста; кроме человека, все живые существа бессмертны, ибо не знают о смерти; а чувствовать себя Бессмертным - божественно, ужасно, непостижимо уму.

Каждый человек здесь никто, и каждый бессмертный - сразу все люди на свете. Как Корнелий Агриппа: я - бог, я - герой, я -философ, я - демон, я - весь мир. На деле же это утомительный способ сказать, что меня, как такового, - нет.

Мы легко принимаем действительность, может быть, потому, что интуитивно чувствуем: ничто реально не существует.
















Другие издания


