Моё политическое завещание

Achtung, это рецензия на другую книгу!

Данную книгу следует прочитать любому мало-мальски думающему человеку. Хотя бы для того, чтобы попытаться ответить самому себе на вопрос: почему при запрещенном оригинале из года в год тиражируются все новые и новые трактовки труда бедного Адольфа? И почему, при запрещении данного «труда», людям продолжают втюхивать рецензии вроде Оруэлла? После прочтения книги, причины запрещения могут быть сведены к трем пунктам:

• Адольф Шикльгрубер – он же Fuhrer, фюрер, вождь, военачальник и т.д., и т.п. – был просто незаурядным оратором, ежедневно практикующий перед зеркалом трагические позы и жесты. Изыскивающий все новые и новые способы воздействия на публику. По его глубокому убеждению, симпатии людей легче завоевать устным, чем печатным словом. «Всякое великое движение на земле обязано своим ростом великим ораторам, а не великим писателям» - эту фразу он повторяет довольно часто. С детства Адольф любил петь и пел в церковном хоре. Вообще, первоначально он собирался стать церковником. Должность аббата привлекала его в такой же степени, как его отца привлекала должность деревенского пастора. Те исторические персонажи, которых он выбрал в качестве своих кумиров, были просто подсунуты ему судьбой в виде нескольких книг на скудной книжной полке его отца. Если бы на полке оказалась книга с жизнеописанием Цезаря, а не Фридриха Барбароссы, то, вполне возможно, его кумиром стал бы Цезарь, и наступление на СССР носило бы именно это кодовое название. Добрую часть своего мировоззрения, проецируемого на публику, Адольф позаимствовал у вполне уважаемого Бисмарка. Гитлер был словно тамада, но не на свадьбе или похоронах, а на войне. Какой-то организатор утренника долго присматривался нему, а затем подсунул программку, в которой был карт-бланш на обыгрывание вечного еврейского вопроса. Пока на другой половине сцены театра выступала немногочисленная труппа немецких марксистов, стопроцентно спонсируемых кураторами Гитлера, скромный Адольф начинал муссировать тему еврейства. «Разве есть на свете хоть одно нечистое дело, хоть одно бесстыдство какого бы то ни было сорта и прежде всего в области культурной жизни народов, в которой не был бы замешан по крайней мере один еврей? Как в любом гнойнике найдешь червя или личинку его, так в любой грязной истории непременно натолкнешься на еврейчика». Слог его выступлений был по душе многим. Тем более, что выступления он проводил в пивнушках, а потом на арене цирка. И из этого человека до сих пор делают военного гения и мыслителя.
• Второй причиной, по которой, возможно, запрещена эта книга, является детальное и пошаговое описание того, как стать знаковым лицом в политике. В чем Адольфу нельзя отказать, так это в настойчивости. Он бродит по районам, общается с простым народом, записывает все в блокнот. То есть делает все то, что делает любой современный кандидат в народные депутаты. Вот только речь свою Адольф репетирует часами, замеряет по секундомеру необходимые паузы, тренирует связки для высоких и истерических выкриков. Если внимание публики ослабевает, у него всегда наготове «жареные» темы. Хотя и сами речи его, как правило, всегда на злобу дня. Он ловко проводит параллель между марксизмом и еврейством, а затем резко касается темы сифилиса, от которого гибнет немецкое общество. Умелые вкрапления фраз, с которыми не поспоришь, типа «для трусливых народов нет места на земле!», или «ограниченный теоретик в шорах скорей умрет за свою доктрину, чем за свой народ», и вот уже публика доведена до нужного состояния. А тут и пиво на раздаче поспело. Если на выступлениях современных рок-групп публику заводят наркотики, то в те времена и пива хватало. На первых порах. И вот уже затрагивается национальный вопрос. Про Германию и Австрию. «…специально австрийской истории почти не существует. Судьбы этого государства настолько тесно связаны с жизнью и ростом всего немецкого народа, что разделить историю на германскую и австрийскую почти немыслимо!». Сравните это с высказываниями, льющимися с телевизионных экранов сегодня. Стоит лишь вместо Германии и Австрии подставить другие названия, и все будет актуально. Да хотя бы Россию и Украину. Тем из слушателей, кому австрийцы безразличны, можно подсунуть тему «тупых баварцев», которые мешают стране развиваться. Но Адольф все делает осторожно, сперва скользкие темы затрагиваются как бы мимоходом. И снова наготове красивые фразы, а-ля «Природа не признает политических границ». Периодически, между строк, проглядывают уши тех, кто дергает за ниточки марионетку Адольфа. Так, говоря о том, что с Россией не легко будет справится, он, словно забывшись, добавляет: «для такой политики мы могли найти в Европе только одного союзника: Англию». Адольф плавно и неуклонно готовит свою публику к способности думать в указанном русле. Даже слова из библии перефразирует так, чтобы слова его елеем капали на уши пастве: «ведь никто из наших современных пацифистов не отказывается кушать хлеб, выросший в наших восточных провинциях, несмотря на то, что первым «плугом», проходившим некогда через эти поля, был, собственно говоря, меч». Медленно, но уверенно Гитлер рисует ужасную картину будущего мира. Мира, которым будут править евреи. «Купцов будут поставлять англичане, торговый персонал — немцы, а на роль владельцев обрекут себя в жертву евреи. Ведь недаром сами евреи всегда признают, что их делом является не зарабатывать, а только «выплачивать», да к тому же большинство из них обладает знанием многих языков».
• Третьей причиной запрещения книги, может быть то, что Гитлер довольно таки детально и последовательно описал немецкую пролетарскую революцию и детально доказал всю ее искусственность и фальшивость. Видимо, в СССР “Mein Kampf” просто должен был быть запрещен только из-за этого. Ведь любой отрывок из книги, посвященный событиям революционного ноября в Германии, может подойти и к описаниям ноябрьских событий в России в 1917 году. Даже матросы на грузовиках присутствовали. «И вот, в один из ноябрьских дней внезапно разразилось несчастье. На грузовиках приехали матросы и стали призывать к революции. Их «вождями» в борьбе за «свободу, красоту и достоинство» нашего народа выступало несколько еврейских парней. Конечно ни один из них не был на фронте». А уж какую рекламу или антирекламу Гитлер делает Либкнехту. Вся марионеточность этих двух революций в воюющих между собой странах становится очевидной благодаря откровениям Адольфа. Теперь понятно, почему Ленин так настаивал на заключении мира любой ценой. Просто кураторы у обеих революций были одни и те же. Владимир Ильич знал, что пройдет немного времени, Россию, да и Германию пограбят немного, а затем Брестский мир будет аннулирован. Германская революция не зря была организована в Мюнхене – Бавария всегда считалась наиболее патриотично настроенной частью Германии, и было необходимо вбить туда гвоздь раздора. Забирая электорат у Карла Маркса и Либкнехта, Гитлер привнес немаловажную деталь в свою программу – он пообещал отменить то, о чем Маркс «как-бы» позабыл – процентное рабство. Свою партию Гитлер начал строить на новых принципах. При отборе кандидатов, его больше интересовало, на что способен человек, а не какие учебные заведения он закончил. Вначале борьба, а пацифизм будет после победы. У марксистов Гитлер позаимствовал красный цвет агитационных листков. Сперва для того, чтобы бесить оппонентов, а потом понял, что красный цвет хорошо подзадоривает. «Красный цвет для наших плакатов мы избрали конечно не случайно, а по зрелом размышлении. Мы хотели этим как можно больше раздразнить красных, вызвать у них возмущение и провоцировать их на то, чтобы они стали ходить на наши собрания хотя бы только с целью срыва их». Очень быстро Гитлер переподчинил себе почти всю аудиторию марксистов. Само подписание брестского мира позволило Гитлеру спекулировать на два фронта: он, во-первых, показывал всю убогость нового коммунистического государства, а во-вторых слабость государства германского. Завоевав аудиторию, Гитлер решает утвердить новую символику. Но не сам, а с подачи зубного врача из Штарнберга. «После ряда опытов и переделок я сам составил законченный проект: основной фон знамени красный; белый круг внутри, а в центре этого круга — черный мотыгообразный крест. После долгих переделок я нашел наконец необходимое соотношение между величиной знамени и величиной белого круга, а также остановился окончательно на величине и форме креста». Красный цвет олицетворяет социальные идеи, заложенные в нашем движении. Белый цвет — идею национализма. Мотыгообразный крест — миссию борьбы за победу арийцев и, вместе с тем, за победу творческого труда, который испокон веков был антисемитским и антисемитским и останется. А тем временем Курт Эйснер раскачивал революцию в Баварии, противопоставляя этот регион всей остальной Германии.

  Справка: Курт Э́йснер — немецкий левый политический деятель и журналист, участник Ноябрьской революции, первый премьер-министр Баварии. Был убит в Мюнхене немецким националистом 21 февраля 1919 года.

  Все это делалось не просто так! После низвержения революции, народ с радостью и облегчением отдал голоса (100 000) за партию Гитлера. Только назло марксистам, которые успели ввергнуть регион в депрессию. Гитлер подводит итог революции: «Германская революция в ноябре 1918 г. сделана была не профсоюзами, а вопреки профсоюзам».

  4. Ну и еще одна деталь: в книге «Mein Kampf» Адольф упоминает многих своих соратников и товарищей, но среди них нет ни одного из тех, кто входил в верхушку правителей третьего рейха. Коммерческое руководство делами партии осуществлял Макс Аманн.

  Справка: Аман, Макс (Amann), (1891-1957), рейхсляйтер, президент Имперской палаты печати (с 1933). Родился 24 ноября 1891 в Мюнхене, католик. Во время 1-й мировой войны служил в Баварском пехотном полку, был фельдфебелем - непосредственным начальником ефрейтора Адольфа Гитлера. Награжден Железным крестом II степени. Аман был одним из первых сторонников Гитлера и национал-социализма. В 1921 он стал первым управляющим делами нацистской партии, а после 1922 был директором Центрального издательства НСДАП - "Эхер ферлаг". Находясь в тюрьме Ландсберга, Гитлер озаглавил свои заметки довольно громоздко и неудобоваримо - "Четыре с половиной года борьбы против лжи, глупости и трусости". Аман, став издателем этой книги, изменил название на "Майн кампф" ("Моя борьба"). Кроме того, в его руках находилось свыше половины всех немецких газет. В процессе работы у Аманна постоянно возникали конфликты с Имперским министерством народного просвещения и пропаганды Й. Геббельса и пресс-службой О. Дитраха, т.к. все эти ведомства боролись за контроль над германской прессой. В ходе процесса денацификации 08.09.1948 приговорен к 10 годам.

  Другим персонажем, о котором очень высоко отзывался Гитлер, был Дитрих Эккарт. Книга практически завершается эпитафией в адрес Эккарта, которого Гитлер считал настоящим героем.

  Справка: Эккарт (Eckart) Дитрих (23.3.1868, Ноймаркет -23.12.1923, Берхтесгаден), поэт, один из основателей нацистской партии. Журналист. В молодости стал морфинистом и, по ряду сведений, даже некоторое время провел в психиатрической лечебнице, кроме того, Э. злоупотреблял алкоголем. Жил в Берлине, в 1918 вернулся в Баварию. Активно выступал против революции 1918 года. Перевел на немецкий «Пер Гюнт» Г. Ибсена. Автор поэмы «Йойрио» (1919), строка из которой — «Германия, проснись!» («Deunschland erwache!») стала одним из главных лозунгов пропаганды НСДАП и была вышита на флаге партии. После того как в декабре 1920 была приобретена газета «Фёлькише беобахтер», Э. вместе с Розенбергом до 1922 был ее соредактором. Активно помогал Гитлеру, сопровождая его на митингах, составляя хвалебные статьи в его адрес, стал его советником, предоставляя ему книги, помогал улучшить стиль письма. Э. сразу же признал в Гитлере «будущее партии», ввел его в круг своих знакомых, среди которых были состоятельные люди, дававшие деньги партии. Один из близких друзей Гитлера, бывших с ним на «ты». Гитлер высоко ценил преданность Э., назвав его впоследствии «учителем» и «Полярной звездой».

  Hitler kaput!

Книга вызывала большой интерес у меня ещё в 16-17 лет, тогда я начал ее читать и быстро втянулся в процесс. Но потом забросил. В мой третий заход, я взял эту книгу спустя столько лет чтения...
Адольф рассказывал про свою мать, отца и про себя в юности — все это было очень интересно читать. Но потом рассказ Гитлера перетекает в его политическую аналитику Германии и других стран. Я очень плохо разбираюсь в политике, да и эта тема меня не очень интересует. Однако интерес вызывал взгляд автора на определенные вопросы.
Жёсткие высказывания были в сторону евреев, которых фюрер ненавидел больше всего и обвинял их во всем что только мог придумать. Его аргументы мне кажутся забавными и не обоснованными по данной теме.
Так же в "Моя борьба" Гитлер пишет о мигрантах и смешении рас между ариццами и другими. Вопрос рас и их смешения я оставлю в стороне, так как я не биолог и не вижу в этом ничего такого, если отношения между приличными и образованными людьми происходит по взаимному согласию. А вот мигранты... Тут он как в воду глядел... В Европе ужасы как разтаки из-за бесконтрольного пропуска неблагонадежных, без культурных мигрантов, которые плодятся, как бактерии и убивают европейцев. Столько новостей про это я прочел, что нет сомнений в его правоте, но не теми методами, что он приводил.
В книге я подчеркнул для себя много полезного. Например, Адольф рассказывал, какая пропаганда работает лучше всего и кто ей больше и меньше всего подвержен.
Чем больше мы знаем про ужасы этой идеологии и других, как, например, коммунизм, тем меньше шанс того, что это снова вернётся.