Интимный дневник

Сегодня утром я видела, что зацвела вишня, значит, и вправду уже весна. Дерево растет прямо под моим окном, и вот сегодня оно вдруг все покрылось прелестными белыми цветочками. И дни становятся все длиннее.

– Это все потому, что я люблю тебя. Ну да, вот оно что.
Я вздохнула, закрыла глаза. Мы долго стояли на тротуаре и молчали. Я смотрела на свои туфли, он – на меня. Это было совсем не то, чего мне хотелось, и совсем не так, как мне хотелось.

А потом меня ждал сюрприз. К концу книги – не стану пересказывать его, потому что в моем пересказе все потеряется и выйдет не так (хотя сама концовка не явилась для меня неожиданностью), – я вдруг поймала себя на том, что плачу. Удивительно вот что: события, в которых я совсем не участвовала, придуманные, растопили мне сердце. Вот так я поняла, что способна на глубокие чувства.

Заниматься переводами – все равно что в домашних условиях делать макароны.
...
Тот, кто не спохватывается вовремя, заканчивает тем, что начинает заниматься этим профессионально или же скоро становится человеком, который портит всякую вечеринку.

В чем именно было дело, они не сказали, видно, им глубоко отвратительна сама мысль огорчить столь нежную и чувствительную особу, как я.

– Здесь теперь кажется так пусто, – осторожно сказала я. Разговаривая с людьми старшего поколения, всегда можно ляпнуть что-нибудь не то, поэтому приходится быть осторожной.
– Вовсе нет, – живо отозвалась она. – Видите ли, милочка, здесь у меня живут маленькие привидения.

Мне показалось уместным провести День святого Валентина с человеком, отношение которого к мужчинам укладывается в формулу: «Не волнуйся, дорогая, рано или поздно ты найдешь себе достойного человека, все они все равно не стоят твоего мизинца».

Конечно, с экономической точки зрения и по уровню организации жизни День святого Валентина может быть приравнен к Рождеству, но ведь надо же как-то подсластить этот день людишкам, которые держат тебя на плаву весть остальной год.

Я вовсе не завидую тем, кому хорошо. Я даже могу улыбаться, глядя, как в вагоне метро сидят в обнимку юные влюбленные, в то время как беременные женщины и престарелые солидные дамы вынуждены стоять. Я от всего сердца ничего не имею против, если кто-то в этот день щедро расточает свою любовь и нежность своим любимым, ради бога, на здоровье.

Если один из вас решил, что все кончено, то это все, тут уж ничего не поделаешь.

Забегал H. после спортзала помочь мне с моими диванными подушками. Под словом «помочь» подразумевается «развалиться на них и ждать, пока я не приготовлю чай», что, полагаю, тоже в некотором роде помощь.

– Помню, для меня было большим откровением однажды понять, что ты не обязан любить кого-то за то, что он любит тебя. А еще, что нельзя говорить тому, кто любит тебя, что твоя любовь – неправильная, что это ошибка.

Я не смела посмотреть ему в глаза, я чувствовала себя как круглая идиотка. Заруби себе на носу: секс на первом свидании ни к чему хорошему не приведет.

– Бедняжка моя, – сказала она, когда я закончила, и только тогда впервые я почувствовала, как на глаза у меня наворачиваются слезы. Да-да. Бедная я, бедная. И как мне повезло, что у меня такая чуткая мама. Которая, не вешая трубку, тут же передала весь мой рассказ, слово в слово, отцу.

Я подняла голову и обратила внимание, как близко к фонарю в потолке расположена желтая перекладина, за которую я держалась. Стоило только вытянуть палец, и он коснулся пластмассового плафона. Вагон дернуло, и детская коляска поехала сама по себе и повалила на пол стоящие сумки незадачливой мамаши. Я не могла сдержать улыбки. А из другого конца вагона уставился на меня, не отрывая взгляда, какой-то лысый господин.

Если тебе хорошо платят за мастерский секс, это еще ничего не значит: мужчины склонны хвастаться и преувеличивать свое богатство и связи, чтобы, скажем, доставить тебе удовольствие или поразить твое воображение, так что не будь доверчива и не обольщайся. Мечтай о журавле в небе, но крепко держи свою синицу в руках.

Он снова пощелкал языком и посвистел. И вдруг в ответ ему раздался писк, из куста выпорхнула синичка и села ему на плечо. Он протянул руку с раскрытой ладонью, и она перелетела на нее.

Я думаю, в нашей жизни должны существовать некоторые священные вещи. В них не должен вторгаться никто посторонний, и даже твой постоянный партнер не должен иметь права видеть, как кто-нибудь из твоих родных напивается до бесчувствия и отключается в туалете.

Она пахла детской присыпкой и на вкус была, как теплый мед.