Грезы духовидца, поясненные грезами метафизики

Граница между глупостью и разумностью столь незаметна, что, долго идя путём одной из них, трудно не коснуться иногда хоть сколько-нибудь и другой.

Разве может называться честным или добродетельным тот, кто охотно предавался бы своим любимым порокам, если бы его не пугала кара в будущем, и не должны ли мы скорее сказать, что такой человек хотя и страшится греха, но в душе таит порочные наклонности, что он любит выгоду, приносимую добродетельными поступками, но саму добродетель ненавидит?

Мнение того, кто опровергает мои доводы, становится моим мнением, после того как я, взвесив его сначала против чаши самолюбия, а затем в этой чаще против моих мнимых доводов, нашёл, что оно по содержанию своему весит больше.

Мыслителя, находящегося на одном пути, иногда необходимо припугнуть последствиями, чтобы он относился внимательнее к принципам, которыми он дал себя увлечь как бы грезя.