Цитаты из книги Ring for Jeeves

Послушайте, старина, впервые в жизни мне выпала удача предаться соблазнам большого города. Зачем существуют эти соблазны, если мы не будем им предаваться? Даже как-то обидно за большой город.

- ...Этот кошмарный тип собирается у нас поселиться. - Кошмарный тип, сэр? - Дебил какой-то.

Она была как те безобидные на вкус американские коктейли, которые незаметно ударяют вам в голову, так что вы, не успев еще сообразить, что делаете, кидаетесь переустраивать мир - насильственными методами, если надо, и заодно сообщаете вон тому здоровенному детине в углу, что нечего на вас пялиться, вы можете в случае чего и башку ему оторвать.

— ...Помнишь, как я купил тебе пакет сдобных булочек по пути в Бристоль? — Да, но... — А как в Портсмуте я принес тебе бутерброд с ветчиной? — Джо! — А в Бирмингаме — тминный пряник? Что это все должно было означать, по-твоему? Ясно, что я любил тебя.

...он вообще у нас в своем роде поэт...

Поплакаться некому - разве что яичнице с ветчиной.

У леди Малверн были блестящие выпученные глаза, копна желтых волос, и когда говорила, она обнажала не менее пятидесяти семи передних зубов.

Вид у него был затравленный и несчастный, он был похож на преступника, который благополучно совершил убийство, но не знает, как избавиться от трупа.

- Какая полнейшая чушь! - Очень хорошо, сэр. - Совершеннейший идиотизм, дорогой мой! - Как скажете, сэр.

Да, так насчет Дживса - знаете его? Мой камердинер. Многие считают, что я чересчур на него полагаюсь, тетя Агата - та даже вообще называет его "твоя няня". А по-моему, ну и что? Если он гений.

Может быть, это станет фамильным обычаем, как в книжках описывают: "Проклятие Мэннеринг-Фиппсов". Теперь каждый глава рода должен будет породниться браком с эстрадным миром. Отныне и навсегда, из поколения в поколение.

И снова я вынужден был остановиться и напомнить себе, что английский джентльмен не может треснуть по шее сидящую рыжеволосую фурию, как бы сильно она на это ни напрашивалась.

Не могу я так одеваться. Неужели тебе непонятно? Да я весь день до пяти из пижамы не вылезаю, а потом просто напяливаю старый свитер.

Его сиятельство лежит на коврике за порогом, сэр.

Кошмарная особа. Пишет книги.

Более того, он верил, что станет великим художником. Вот увидите, твердил он, придет день, и я прославлюсь. Пока же он употреблял все свои дипломатические таланты и все красноречие, дабы выманить у скупердяя толику ежеквартального вспоможения.

Его дядюшка был крепкий, цветущий мужчина, такие живут вечно.

Вообще в портретном жанре есть своя тонкость, я это доподлинно знаю: вы начинаете писать портрет только после того, как к вам пришли и его заказали, но никто к вам не придет и ничего не закажет, если вы уже не написали уйму разных портретов.

Та-ра, та-ра, та-рарара, И я его убил!

Вынужден поставить вас в известность, сэр, что кто-то измазал ваши коричневые уличные ботинки черной ваксой.