Цитаты из книги From the Dust Returned

Чтобы ударить в лицо, надо видеть это лицо, чтобы сорвать маску, надо видеть маску.

И как это часто бывает, спасение пришло с самой неожиданной стороны.

Вот если бы на его плечах проросли крылья... Он задрал рубашка и осмотрел свою спину в зеркале. Никаких признаков. Никакой надежды полететь.

Бывают дома с привидениями, этот же Дом лишь мечтал о привидениях, которые его заселят.

Первый, с кем удалось побеседовать, был в тот момент еще далеко, в вагоне поезда, мчавшегося по Европе на север, царство туманов и мелких, затяжных дождей, которые радуют землю и вгоняют в тоску человека.

— Это, — строго прошелестела Прабабушка, — наша Семья, прекрасная в своей необычности. Мы бродим по ночам, летаем вместе с ветрами и странствуем с грозами, мы творим чудеса, живем тысячелетиями — или даже вечно, кто как.

Я скажу вам, от чего вы умираете, – прошептала мисс Минерва Холлидей. – Вы больны – людьми.

Переселенцы не решались покинуть этот Дом из опасения, что он будет их преследовать во снах и сделает все другие, ждущие впереди места тусклыми и безрадостными.

- О прекрасная! - Нет, уже не прекрасная. - Ну, тогда бабушка. - И не просто бабушка. - Тысячу-Раз-Пра-Прабабушка? - Это уже лучше.

... Девятилетней девочкой я бродила по болотам и топям в поисках баскервильской собаки. - Да, - сказал кошмарный пассажир. - Вы англичанка, а англичане верят. - Правильно. Верим лучше американцев, которые всегда в чем-нибудь сомневаются. Французы? Прожженные циники. Англичане лучше всех. Едва ли не каждый лондонский особняк имеет свою "туманную леди", рыдающую на лужайке в предрассветные часы.

Я остался один, теперь я пытаюсь пересесть на этом поезде Европу, добраться до какого-нибудь надёжного, дождём и туманом пронизанного замка, места, где люди не разучились ещё бояться шорохов и стука, сажи, дыма и неприкаянных душ. Я стремлюсь в Англию, в Шотландию!

Спустившееся на веранду семейство молча наблюдало за одинокой фигурой, совершающей групповую прогулку.

– До свидания! –четырёхголосо проорал сноп древнеегипетской пшеницы.

Здесь есть чуланы, чердаки, сараи и уйма персиковых деревьев, так что бесприютными вы не останетесь.

Дядюшка Эйнар смотрел на свою новенькую, с иголочки, жену и думал, что, хотя он, конечно же, никогда уже не сможет улететь в Европу, потому что ночью - никак, а днем увидят и подстрелят, теперь это не имеет особого значения, потому что рядом с ним Брунилла.

Все мы знаем, как город умеет собирать потребность за потребностью, пока сердце его не забьется и не начнет круговращать людей по предписанным им путям.

Пришли мы все, чтобы прогуляться по времени и вновь вернуться в вечность.

Но подумай, какая это удача – родиться из могилы, а в конце быть погребенной в гранатовом лабиринте чьей-нибудь юной невесты?