Der Spieler

А ведь сильно чувствуется, что защищает Достоевский игроков. Впечатление сложилось такое, будто он (Достоевский) в этой книге оправдывается, а сказать точнее сначала как-то еще объясняется (дескать ну да, так мол так, с кем не бывает), а в конце и вовсе говорит, что и сильные страстям подвержены - нечего не поделать, это страсть. Но ведь смог же в итоге, перестал играть. Но книга отличная именно потому, что заканчивается так, как она заканчивается.
И конечно же образ бабушки.. Тут и говорить нечего, сразу свою прабабушку вспомнила, та конечно не играла(насколько мне известно), а в остальном 1 в 1. Очень порадовало - такие вот наши настоящие русские бабушки.


Что наша жизнь - игра,
Добро и зло, одни мечты.
Труд, честность, сказки для бабья,
Кто прав, кто счастлив здесь, друзья,
Сегодня ты, а завтра я.

Достоевский может нравиться или нет, но то , что он гений на мой взгляд неоспоримо. "Игрока" дочитывала вчера ночью, что последнее время случается редко. С Достоевским, я познакомилась еще в школе (это очень, очень давно) и успела забыть как-же он хорош! Теперь в планах в обязательном порядке перечитать "Идиота", "Братьев Карамазовых" и м. б. "Преступление и наказание"(оно у меня в школе шло под тегом "детектив"), интересно будет освежить впечатление. Что же касается "Игрока", то роман психологический, немного мистический, тонкий, изящный, иногда мрачный, местами весёлый, напряженный, чувственный, одним словом талантливый.

Страсть к игре, которая стала дороже страсти к любимой женщине и всему остальному. Страсть к игре, которая погубила главного героя, превратив его в "погибшего" человека. Страсть к игре, которая предрешила судьбу Алексея.
Достоевский максимально просто и понятно изложил всю философию и психологию зависящего от игры человека, сопроводив это увлекательной историей с персонажами, судьбы которых никого не оставят равнодушными. Чего стоит одна Антонида Васильевна? А? При чтении диалогов с бабулей, я частенько улыбался и даже посмеивался над тем, как она всех строила.
Автор показывает нам, что игрок - это не просто увлечение, а диагноз, игрок - это человек, который не властен над своими чувствами и эмоциями, готовый на самый безумный поступок.

"Завтра, завтра всё кончится!"

Что мне есть предъявить Достоевскому, так это слово "вскричал". В "Игроке" герои не разговаривают, они вскрикивают. Это "вскричал" меня и так бесит, когда попадается в текстах, а тут оно практически в каждом абзаце. Правильно его в Сибирь сослали.
Но если закрыть глаза на это проклятое "вскричал", то вполне нормально. Пишет-то он хорошо. ) Правда, вся эта беготня аристократии за халявным баблом изрядно утомляет. Да и обычно приятнее наблюдать за развитием главных героев, а не за их деградацией. Но написано и правда неплохо, нити сплетаются и расплетаются, повествование живое и увлекательное, любовная линия очень ок, и автор "в теме".

Очень долго читала, постоянно прерываясь на что-нибудь легкое, простое. Как-то сложно воспринимался этот роман, но безусловно, показался потрясающим.

Я обсуждала его с другом, и чтобы охарактеризовать героев подобрала такое слово "крайние". Не всмысле последние, а от слова крайность. Все герои околдованы какой то страстью, и из за нее впадают в беспамятство.. Что генерал, который без памяти влюблен в Бланш, что бабуленька, которую поглотила рулетка, что Полина, которая противна до противности, прекрасна до прекрасности. А повествователь? Это же маньяк, который сдерживает себя, цепляясь за общие ценности, за возможную приличную жизнь. А что остается в итоге? Ничего, только игра и рулетка, рулетка и игра...

Молодой учитель Алексей Иванович путешествует с семьей генерала по Европе. Все герои застряли в немецком городке Рулетенбург в ожидании наследства от богатой русской «бабуленьки». Алексей безнадежно влюблен в Полину, падчерицу генерала, и ради неё (а потом и ради самого азарта) ввязывается в опасную игру на рулетке. Это история о том, как одна ставка может разрушить личность, а любовь проигрывает зависимости.

Скажу честно: на русскую классику мне было психологически сложно настроиться . Казалось, что это будет тяжелое и монументальное чтение. Но, вопреки ожиданиям, никакого дискомфорта в процессе я не почувствовала!
Книга совсем небольшая по объему, но я читала её медленно . Слог Достоевского здесь очень живой и какой-то «лихорадочный», под стать состоянию игроков в казино.

Бабушка (Антонида Васильевна) –мой абсолютный фаворит! Она просто «сделала» эту книгу. Ее внезапное появление в Рулетенбурге, когда все уже мысленно ее похоронили и поделили деньги, – это чистый восторг. Ее азарт, крутой нрав и то, как она рушит планы алчных родственников...

Это невероятно точный психологический портрет зависимости. Достоевский мастерски показывает, как человек перестает замечать реальную жизнь, когда перед глазами только «зеленое сукно» и фишки.

Это было не самым удачным первым знакомством с Достоевским, но, конечно, я понимаю, что эта малышка не сравнится с монументальными работами этого автора. Просто подвернулся случай и кригм под рукой, и я прочла.

Наверное, главная проблема в том, что из книги можно просто убрать примерно 100 первых страниц. Через них пришлось продираться буквально. Потому что всё, что там было написано, казалось пустым и бесполезным, и так и оказалось. Там нет ничего, что выстраивало бы портреты персонажей. Диалоги так вообще были лишними, пустыми, абсурдными... Вот где-то со 120-й страницы, когда на страницах появляется бабушка семейства, становится читать интереснее, и автору удаётся за оставшееся количество страниц нам раскрыть большую часть персонажей, насколько это возможно в рамках сей маленькой истории.

Вот это бесполезное начало, конечно, подпортило впечатление. Но в целом и сама история не обладает гениальностью. Читая аннотацию и смотря на книгу, думала, тут больше будет об играх, о ставках, отметаниях главного героя... А в итоге мы после ста пустых страниц читаем долго про игру бабушки, и только ближе к концу в игру вступает главный герой. Он играет очень мало, а потом мы читаем кусочек, после которого ты думаешь, а не этот ли роман называется «Идиот»? А нет, всё-таки игрок...

Главный герой — это отдельный вид искусства, абсолютно несуразный человек. То, как он просто отдал свои деньги чужой женщине и позволял их тратить, а сам при этом просто существовал... Я была чуть в шоке, если честно. Для меня крайне непонятный персонаж, он всё время только что и делал, так это глупости, а их диалоги с его возлюбленной так вообще были из разряда абсурда всё время. Поведение их мне было неясно, в то время как остальные персонажи показывались они плохими или хорошими, были более понятны в своих словах и действиях.

Это роман-спуск в ад. Герой не просто ставит деньги — он ставит на кон всю свою волю, достоинство, будущее. Разрушительная природа рулетки показана как болезнь: физический трепет перед столом, мучительная ясность в момент броска жетонов и полное опустошение после — будто душа вывернута наизнанку. Зависимость здесь сильнее любви, сильнее разума, сильнее инстинкта самосохранения.

Но истинное чудо книги — Антонида Васильевна, бабушка. Её появление в игорном аду подобно удару грома. Она — стихия, не вписанная в удушливый мирок расчетливых авантюристов. Её азарт — не от отчаяния, а от избытка жизни, власти и почти языческого своеволия. Она проигрывает состояние с царственным безразличием, посмеиваясь над жадностью окружающих, и этим одним жестом выставляет всю их «игру» мелкой и жалкой. В её харизме — разрушительная, очищающая сила. Она единственная, кто играет честно: не ради денег, а ради самого трепета риска, ради того, чтобы почувствовать, что жива.

Это гениальное исследование двух типов одержимости: мучительной, унизительной — у Алексея, и гротескно-величественной — у бабушки. Оба проигрывают. Но если Алексей теряет себя, то Антонида Васильевна теряет лишь кошель — свою душу она не ставила на кон никогда.

После «Игрока» понимаешь, что самая страшная ставка — не на красное или чёрное. Она — на то, что в мире, где всё можно купить или проиграть, ещё осталось что-то непродажное. И Достоевский с жестокой виртуозностью доказывает: в этом казино под названием жизнь такой ставки нет.

Есть книги, которые обрушиваются на тебя, как шквал, и оставляют после чтения ощущение внутренней встряски. Именно таким для меня стал «ИГРОК» Фёдора Михайловича Достоевского — роман, написанный в долг и о долге, но не только денежном, а прежде всего — перед самим собой.

Эта история родилась из отчаянной гонки со временем: Достоевский, сам одержимый игрой, поставил на кон собственный талант, чтобы отдать карточные долги. Он создал роман за 26 дней. И этот спрессованный, нервный, почти лихорадочный ритм чувствуется в каждом абзаце, превращая книгу в уникальный документ, где граница между автором и героем растворяется.

Мы попадаем в искусственный мирок курорта Рулетенбург, где каждый поступок — это ставка. Генерал живёт в долг, надеясь на наследство тётушки. Французский маркиз видит в городе лишь поле для выгодных комбинаций. А в центре этой всеобщей игры — Алексей Иванович, домашний учитель. Его ставка — не деньги, а чувство, самое высокое и самое безнадёжное: любовь к Полине. И именно эта ставка в итоге затягивает его к зелёному сукну рулетки, где правила диктует уже не сердце.

Здесь гений Достоевского проводит нас по самому краю. Он показывает, как одна всепоглощающая страсть незаметно, но необратимо подменяется другой. Игра перестаёт быть средством — она становится сутью, философией, воздухом. Момент, когда стук шарика по колесу и шелест купюр заглушают в сердце всё остальное, описан с пугающей, почти физиологической точностью. Азарт превращается в вызов самой судьбе, в желание бросить ей перчатку и ощутить над ней минутную власть. Это уже не о деньгах. Это о том, чтобы почувствовать себя богом в мире, где ты — всего лишь жалкий раб обстоятельств.

Это роман-исповедь. Мы не наблюдаем за падением героя со стороны — мы слышим его сбивчивый, нервный, полный надрыва внутренний монолог, мы смотрим его глазами. Мы становимся свидетелями того, как живой, мыслящий человек постепенно каменеет, теряя связь со всем, что не связано с игрой: с друзьями, прошлым, будущим, наконец — с собственной душой.

Но «Игрок» — это не просто констатация гибельной страсти. Это глубокое, исполненное боли исследование души, которая в поисках острых ощущений и лёгкого выхода готова променять целый мир на трясину рулетки. Даже на этом дне Достоевский находит странную, искажённую поэзию и гордость, которые он, ненавидя порок, понимает.

Читать эту книгу — значит согласиться на рискованный эксперимент: посмотреть, как рушится личность, и задаться вопросом — а что, собственно, удерживает каждого из нас от такого падения? Что становится нашей «рулеткой» — работой, отношениями, навязчивой идеей?