Цитаты из книги Дневник Алисы

Останемся ли мы прежними в других стенах? Или на новом месте у нас появятся другие мысли и чувства?

А лично я хочу все новое – все, кроме книг, конечно, – они часть моей жизни.

Я так хочу стать нужной для кого-нибудь, или хотя бы чтобы меня время от времени приглашал на свидание какой-нибудь парень.

наркоманы не понимают, что такое причинить вред ребенку. Они вообще ничего не понимают.

И как так получается, что я, такая несчастная, такая униженная и разбитая, могу функционировать, разговаривать, улыбаться и думать?

Вчера <...> я думала, что буквально умру от счастья! Я правда так думала! А теперь весь мир стал холодным, и серым, и бесчувственным.

Я должна раскаяться и простить себя и начать все заново; в конце концов, мне исполнилось только пятнадцать, и я не могу остановить жизнь и сойти. К тому же после мыслей о том, что дедушка умирает. Я не хочу умирать. Мне страшно. Ведь это так страшно, и в этом столько иронии. Я боюсь жить и боюсь умирать - прямо старый негритянский спиричуэл.

Никогда не думала, что это так тяжело - проводить весь день на ногах в ожидании придирчивых и грубых покупателей.

Тысяча лет с человеком - это как один день с Богом.

Дети которым не разрешают принимать какие бы то ни было решения никогда не станут взрослыми

Никто в мире кроме наркомана не знает настоящего антонима к слову "подавленный"

Нельзя винить молодых людей в том, что у них едет крыша

Я чувствую себя Алисой в стране чудес. Может Льюис Кэрролл тоже сидел на наркотиках?

Я погрузилась в сон, похожий на приступ морской болезни

Мое сознание овладело мудростью веков, но не существовало подходящих слов что бы ее выразить.

Запуталась и пробирается на ощупь через дебри слов.

Иногда мне кажется, что мы пытаемся быть тенями друг друга покупая одинаковые записи и прочее, даже если нам что-то не нравится. Дети, как роботы части конвеера, а я не хочу быть роботом.

«Снизу доносится такой запах, будто там жарят целую бочку бекона, а мне так хочется есть, что я готова съесть свою юбку.»

«Не может быть ничего хуже, мрачнее и невыносимее, чем просто сидеть и ничего не делать, когда у тебя миллион бесконечных часов для этого.»

«Он сказал, что со мной вся семья. Но что толку, если против меня весь мир?»