Скептик: Рациональный взгляд на мир

Если мы когда-нибудь и свяжемся с внеземным разумом, это будет выглядеть так, словно существовавших миллион лет назад Homo erectus забросили в центр Манхэттена, дали им компьютеры, мобильные телефоны и предложили общаться с нами. Внеземной разум был бы для нас таким, каким наш — для этих ранних гоминидов: богоподобным.

Человеческая способность к самообману безгранична, а сила убежденности - огромна. Но благодаря науке мы можем отличить фантазию от реальности.

Цена свободы, помимо бесконечной бдительности, - бесконечное терпение, с которым нужно выдерживать досужий вздор, обрушиваемый на нас под прикрытием свободы слова.

В науке больше бардака, чем можно себе представить.

Мы приматы с абсолютным доминированием визуального восприятия, поэтому нам нужно увидеть доказательства, чтобы поверить им. И шокирующие фотографии "до" и "после", на которых было видно исчезновение ледников по всему миру, сокрушили мой скептицизм.

Неважно, кто вы или насколько значимой считаете свою мысль – если факты свидетельствуют против нее, она неверна.

Дорога к несчастью вымощена ложными воспоминаниями.

Политика загрязнила науку и превратила меня в экологического скептика.

[...] в науке, как и практически в любых человеческих интеллектуальных начинаниях, шанс быть услышанным зависит от личности говорящего не меньше, чем от смысла сказанного.

Лжеученые избегают рецензирования, чтобы не нарваться на неизбежные критические комментарии, являющиеся неотъемлемой частью здоровой науки.

Когда я участвую в дебатах с креационистами, они не представляют ни единого факта в пользу творения, но требуют показать «ископаемые остатки хотя бы одной промежуточной формы», которая бы доказывала эволюцию. Когда я привожу в пример, скажем, амбулоцета (Ambulocetus natans — промежуточная форма между наземными млекопитающими Mesoynchids и морскими млекопитающими Archaeocetes, предками современных китов), они отвечают, что теперь в палеонтологической летописи два пробела.

На самом деле нет ничего паранормального и сверхъестественного: есть лишь нормальное и естественное… и загадки, которым еще предстоит найти объяснение. Это задача науки, а не лженауки — разгадывать го­ло­во­лом­ки, на­хо­дить им есте­ствен­ные, а не сверхъ­есте­ствен­ные объяснения.

Для снижения этого уровня веры в паранормальные явления нам нужно учить людей (всех, не только студентов) тому, что наука — не скопление бессвязных фактоидов, а набор методов описания и трактовки явлений, прошлых и настоящих, с целью создания поддающегося проверке комплекса знаний, открытых для подтверждения или опровержения.

Мы должны всегда быть начеку и опасаться ошибок в размышлениях. Вечная бдительность - ключевая фраза не только для свободы, но и для мышления.

Память больше похожа на монтажный аппарат,ичкм на магнитофон, и если мы плохо понимаем прошлое, то неточно предсказываем и будущее.

Пациент, помоги себе сам - вот истинный смысл самосовершенствования.

Во второй половине ХХ в. за дело взялись профессиональные историки и философы и в приступе постмодернистской деконструкции предложили смотреть на науку как на релятивистскую игру белых европейских мужчин в состоянии редукционистского исступления герменевтической гегемонии, стремящихся держать массы под каблуком диалектического сциентизма и технократии.

Факты ни о чём не говорят сами по себе, их нужно рассматривать через фильтры идей - наблюдениям нужны концепции.