Фредерик и Бернеретта

Люди равнодушные слишком склонны видеть в подобных поступках смешное, если самоубийца остается жить. Суждение света весьма печально на этот счет: над теми, кто пытается умереть, смеются, а тех, кто умирает, забывают.

Надо жить, — подумал Фредерик, — и подчиниться высшей воле. Надо идти вперед, даже когда страдаешь, потому что никто не знает, куда ведут его пути.

Говорят, что лучше горе, чем скука. Это грустное изречение, к несчастью, справедливо. Перед лицом горя, каково бы оно ни было, благородная душа находит в себе силы и мужество для борьбы с ним; большое страдание часто оказывается большим благом. Скука же, напротив, точит и разрушает человека. Ум цепенеет, тело томится в неподвижности, мысль витает без пели. Когда жизнь лишена смысла, подобное состояние хуже смерти.