Цитаты из книги Noor Mõrsja

Уложить волосы на затылке вовсе не значит уложить дурацкие волосы на дурацком затылке.

Тогда они высыпают из комнат, не одевшись, даже на радостях позабыв плеснуть водою в глаза, сполоснуть руки. С запахами сна в волосах, на зубах, мы натыкаемся друг на друга в коридорах, на лестнице, на пороге комнат и обнимаемся, словно изгнанники, возвратившиеся домой после дальней дороги, не веря, что избежали тех чар, какие, нам кажется, несет с собой ночь.

– Вас не тяготит то, что вы всегда и во всем должны являть собой совершенство? – Нет, напротив. Это избавляет меня от необходимости направлять мои жесты к каким-то иным целям. – То есть? – Я не должен спрашивать себя каждый день, зачем я живу.

Так все стало как прежде, с незаметным прибавлением в виде ребенка и другим, более бросающимся в глаза, в виде обещания...

- Модесто, я давно хотел спросить тебя: ты-то, ты что делаешь, когда мы уезжаем и закрываем Дом?

• Пьянствую, - ответил Модесто с неожиданной готовностью, искренне и беспечно.
• Две недели?
• Да, синьор, все две недели, каждый день.

- Вы даже не знаете, кто он такой, - сказала.

• Нет, не знаем. Но когда мы поженимся, он мне все расскажет.
• Может, лучше бы он сначала все рассказал, а потом, возможно, ты бы за него вышла?
• Я пыталась с ним поговорить.
• А он?
• Продолжает спать.

... заниматься любовью значит бесконечно пытаться найти позицию, в которой тела сливаются, такой позиции не существует, но существует момент поиска, и это - искусство.

"Иногда, - сказала, - мужчины, занимаясь любовью, закрывают глаза и улыбаются: люби таких мужчин, - сказала. - Иногда раскидывают руки и отдаются: люби и таких. Не люби таких, которые плачут, когда совокупляются, сторонись тех, которые в первый раз раздеваются сами: раздевать их - удовольствие, которое причитается тебе".

Она объяснила, что не нужно бояться говорить, занимаясь любовью, поскольку голос, который бывает у нас, когда мы занимаемся любовью, - это самое потайное, что вообще у нас есть, и слова, на какие мы осмеливаемся, - единственная всецелая нагота, скандальная, окончательная, какой мы располагаем.

Она научила меня не сторониться запахов и вкусов - это ведь соль земли; и объяснила, что лица меняются, когда занимаешься сексом, меняются черты, и грешно не понимать этого, ведь когда мужчина у тебя внутри, а ты двигаешься на нем сверху, ты можешь прочесть на его лице всю его жизнь, от ребенка до старика на смертном одре, и эту книгу в такой момент он захлопнуть никак не может.

Нас предают те, кто нас любит, и мы предаем тех, кого любим мы.

- Сколько мне ещё ждать, пока я узнаю причины вашего счастья и цель вашего отчаяния?

.... ведь многие мужчины умирают в борделях, но ни один мужчина в борделе не умирает, как известно.

.... есть нечто интригующее в том, чтобы стать шлюхой.

Всё это время я смотрел на неё и подбирал название для той плёнки, что по-прежнему покрывает женщин, которых мы любили в былые времена, если они нас не бросили, не возненавидели, не напустились, а попросту отошли в сторону.

... у жизни много сложных способов подтвердить твою правоту.

- Я проигрываю потому, что плохо играю.

Неслыханное изящество проигравшего, - сказал тогда турок.

... судьба тут ни при чем, не она переходит по наследству, ещё чего не хватало. ... По наследству переходит страх, сказал он. Особенный страх.