Цитаты из книги Krahv Monte-Cristo

– Да, но из тюрьмы выходят, – сказал Кадрусс, который, напрягая остатки соображения, цеплялся за разговор, – а когда человек выходит из тюрьмы и когда он зовется Эдмон Дантес, то он мстит.

У меня нет никаких чудес; цифры и здравый смысл – вот и все.

Людская злоба не имеет границ; она безграничнее, чем божье милосердие.

Самый упрямый из бесов — это тайна.

Нам кажется, что бог забыл про нас, когда правосудие медлит.

Я чувствую себя скованной и в то же время такой слабой, что мне кажется, будто мои оковы поддерживают меня, и я боюсь их сбросить.

Если хочешь, чтобы человек поступился своим самолюбием, надо оградить это самолюбие от излишних уколов.

У них есть одно качество, заменяющее все наши — это фанатизм.

Так вот, дорогой отец, в жизненном крушении – ибо жизнь, это вечное крушение наших надежд – я просто выбрасываю за борт ненужный балласт, вот и все.

С тех пор как христианство – глубоко цивилизующая сила – восторжествовало в Риме, уже  не центурион являлся объявить от имени тирана: «Цезарь желает, чтобы ты умер», – а любезный легат с улыбкой говорил от имени папы: «Его святейшество желает, чтобы вы с  ним отобедали».

Если живёшь среди сумасшедших, нужно и самому научиться быть безумным

Мертвецы за 6 тысяч лет не наделали столько зла, сколько его делают живые за 1 день