Цитаты из книги Не умирай прежде смерти

Неужели человечество в порочном круге, из которого нет выхода? Что же в таком случае делать, если видишь насилие? Не бороться против него, ибо бунт тоже есть насилие? Избегать революций, потому что любая победившая революция - это будущая реакция? Неужели Георгий Победоносец потом сам становится змием, ничем не лучше пронзенного его же копьем? Так что же, не давать свободу людям, потому что они превращают ее в свободу распущенности и оскорблений, в свободу воровства, мошенничества, убийств?! Ждать, когда все образуется само собой? Но ведь это же позорно - наблюдать Историю сложа руки...

Вообще я считаю страх нормальным человеческим чувством. Бесстрашие фанатиков - это патология. Преодоление страха совестью выше камикадзевского бесстрашия. Но есть особый, спинномозговой страх - рабский, и даже в его преодолении есть нечто рабское. Этот проклятый рабский страх все равно жил и живет во мне и во всех нас, как навек загнанная под кожу зараза, и даже наша кровь, наверно, состоит из красных и белых кровяных телец и черных телец страха. Рабский страх прикидывается то политикой, то идеологией, то патриотизмом, то романтикой, то житейской мудростью, то так называемой любовью к жизни, но все равно под любыми псевдонимами, кличками - это животный страх, инстинктом самосохранения пытающийся подменить совесть. Даже победы нас собственным рабским страхом не приносят счастья, ибо то, что этот страх надо все время побеждать, - не героизм, а унижение.