Цитаты из книги Космоэколухи

– Дедушка, – ласково сказал он, – а может, все-таки с нами полетишь? Мы тебя до ближайшей станции подкинем, а оттуда пассажирским рейсом на родную планету вернешься. – Еще чего! – чуть ли не с ужасом отмахнулся ружьем тот. – Меня там и человеком-то никто особо не ждал, а тут у нас дом, хозяйство, живность… Нате вам! – Дед вытащил из кармана сложенный вчетверо лист бумаги. – «Я, Ивалонкыые Ждыенрыфенпнеп, – повиновался изумленный капитан, запинаясь почти на каждой букве, – желаю выйти из рядов захватнического космофлота и остаться на данной планете с целью создания наблюдательного блокпоста и семьи. С чем прошу принять мою отставку и назначить полагающуюся пенсию. С моих слов моим носителем записано верно». Внизу стояли две подписи. – А… кхм… Семьи?! – только и сумел выдавить Станислав. – Староват я уже для космической экспансии, – виновато пояснил дед. – Хочу отпочковаться, пока не поздно.

А, была не была! Беглец поглубже вдохнул и под убийственную какофонию отодвинул засов, отщелкнул замок и дернул за ручку. – Что, Рэтт, уже сваливаешь? – равнодушно окликнули из караулки. – Угу, – буркнул Тед, подражая прокуренному голосу одноногого, выскочил из барака, захлопнул дверь, метнулся за угол и затаился, прижавшись к стене. Дверь так и не открылась, только замок щелкнул. «Ну и кто из нас идиот?» – торжествующе подумал Теодор и посмотрел на лес. Лес посмотрел на Теодора – отнюдь не метафорическими, а вполне себе реальными, разнокалиберными и светящимися глазами. «Кажется, все-таки я», – уныло заключил парень.

– Слышь, Майк, мы их сразу на участок? – Не, вначале к доку. Вдруг они холерные какие-нибудь, перезаразят еще весь барак, работа встанет… – Молодой человек, вы меня оскорбляете, – с достоинством заявил Вениамин. – Я, как дипломированный врач, гарантирую отсутствие на борту настолько примитивных инфекций! Ладно еще прионовая чума, паш-нар или свищевая лихорадка колонистов, имеющие длинный инкубационный период и, поначалу, невинную симптоматику… Полина, у которой давно свербело в носу, громко чихнула.

– Эй, «Космический мозгоед»! – весело окликнул коллег круглолицый, усатый мужчина в синем мундире с желтыми погонами и высокой лохматой шапке. – У вас все в порядке? А то пятый час висите там, как бедные родственники! – Чего? – оторопел капитан, переводя взгляд с лидара на иллюминатор, – но третьего корабля ни там, ни там не было. – Кому это он? – Нам, – сдавленно признался Тед. – А почему именно мозгоед-то?! Пилот сглотнул и с решимостью обреченного протараторил: – Потому что у нас так на борту написано. Усач постучал ногтем по микрофону, вызвав режущий уши визг и треск: – А теперь слышно? Помощь, спрашиваю, не нужна? – Нет, спасибо, – вымученно улыбнулся Станислав. – У нас тут… э-э-э… пилот немножко прихворнул. На голову. Как только окочур… оклемается, так дальше и полетим. Капитан уже собирался прервать связь: душить Теда в прямом эфире было неудобно.

– Полина, что ты делаешь под пилотским креслом?! – Кошка опять пропала, – с ухмылкой доложил Теодор, нахально укладывая ноги на спину подруге. – По-моему, эта тварь задницей чует, когда ее хотят вернуть в естественную среду обитания, и предпочитает тихариться в искусственной. Перед посадкой на Лиду я ее тоже не видел. – Простое совпадение, – не поверил Станислав. – Небось где-нибудь нашкодила и отсиживается. Полина выкарабкалась из-под ног и кресла, напоследок оскорбленно пнув его коленом в спинку. – А вы громко пообещайте, что не будете ее выкидывать, и посмотрим, вылезет она или нет. – Делать мне больше нечего – с кошками в переговоры вступать, – проворчал капитан, словно невзначай наклоняясь и заглядывая под стол.

– Ну пошли, что ли. Теодор безмятежно забросил на плечо палку от швабры с привязанной на конце футболкой. Белой она была только условно и на швабре смотрелась очень органично. Зато не жаль, если пулей пробьют. – Что говорить, помните? – продолжал напутственный инструктаж Станислав. – «Сдавайся, ничтожный гуманоид!» – прохрипел пилот зловещим басом. – Тед, отдай флаг Вениамину. Теодор покрепче сжал палку и отрапортовал: – Вести себя предельно вежливо, без резких движений, не спорить, не настаивать, а спокойно уговаривать.

– А ну пошли вон отседова, гады! – Что? – не поверил своим ушам капитан. – А зачем же вы тогда SOS подаете? – А я не вам! – А кому? – Людям! Команда недоуменно переглянулась. – А мы тогда кто? – Зараженцы с мозгоедами! – с глубочайшей убежденностью заявил дед. – Кто? – пораженно переспросил Станислав. – Паскудные инопланетные твари, которые прилетели за моим мозгом! Только шиш вам! – Дед сунул ружье под мышку и для убедительности показал сразу два шиша. Космолетчики так опешили, что даже не обиделись. – Точняк, дед, но не парься: мы уже видим, что опоздали, – проворчал Теодор.

Рейс накрылся большой черной дырой, причем в буквальном смысле: за месяц простоя часть груза испортится, плюс придется платить неустойку за опоздание. Хорошо если удастся выйти в ноль, не говоря уж о прибыли. – Кто сообщит пассажирам? – только и спросил Вениамин. – Вообще-то это обязанность стюардессы. – Тед многозначительно посмотрел на Полину. Зоолог возмущенно уперла руки в бока: – Это еще почему?! – Потому что ты хрупкая девушка и тебя не побьют, – прямолинейно сказал пилот. – Нет, – отрезал Станислав Федотович, – я сам сообщу. В конце концов, это мой корабль и моя ответственность. – Я с вами, – тут же вызвалась «стюардесса». – А то вдруг и правда… – И я, – встал Теодор: на самом деле он просто хотел слегка разрядить траурную обстановку. – Для численного превосходства.

– Но получить официальное «добро» на тщательное прочесывание Медузы и боевую операцию не удалось, так что мы «просто мимо пролетали». – А кто все эти «мы»? – Экипаж «Сигурэ», ещё парочка ребят из наших, у кого тоже друзья-родичи в космосе сгинули, ну и заодно твоим приятелям из космодесанта свистнули, чтоб выделили нам лодочку с добровольцами – покататься. Капитан присмотрелся к висящей над складом «лодочке» – штурмовому крейсеру типа «Каракатица», заслонившему полнеба и растопырившему стволы орудий на оставшуюся половину. – …ц, – прокомментировал Станислав, наглядно убедившись, что друзья – страшная сила.