Драконье крыло

«Да, Джарре — женщина энергичная и решительная, — подумал Эпло. — Она умеет добиваться того, чего хочет. Она может сделать призрак реальностью. Но видеть умеет только Лимбек — даром что он полуслепой. И я покажу ему то, что стоит видеть!»

Это были всезнающие глаза взрослого. Хуго увидел в них самого себя, свое холодное, безрадостное детство. Этот ребенок развернул все заманчивые подарки, которые подсовывала ему жизнь, и обнаружил, что внутри только мусор.

— Драться? — перебил его Хуго на полпути к мировому господству. — А зачем, собственно, драться? — Он достал из кармана трубку и стиснул ее в зубах. — Почему бы нам не спеть?

Надо было встречаться с гегами, отдавать распоряжения, осматривать помещения, организовывать манифестации.
Революция— дело хлопотное.

— Дорогой мой, всякое рождение — это кровь, боль и слезы. Ребенок всегда плачет, покидая
свою уютную, тихую тюрьму, но, если бы он остался во чреве матери, он никогда бы не вырос, никогда не повзрослел. Он остался бы паразитом, питаясь от чужого тела.

Штаб-квартира СОППа во Внутре, столице гегов, была расположена в дыре. Это была самая обыкновенная дыра в стене. Кикси-винси однажды решила, что ей нужно расшириться в этом направлении, и пробила дыру в стене жилища гегов, а потом отчего-то передумала. Однако дыра в стене осталась, и жившие в доме геги — семей двадцать — переехали, поскольку боялись, что Кикси-винси передумает обратно.

— Всякая жизнь священна, — тихо ответил Альфред, поднимая за плечи лежащего без чувств эльфийского капитана. — Мы узнали это. Но слишком поздно. Слишком поздно… — сказал он.

«Пройти по драконьему крылу», — говорят эльфы обо всяком рискованном, но стоящем предприятии.
Хуго всегда казалось, что эта поговорка вполне приложима ко всей его жизни. Потому он и назвал свой корабль «Драконьим крылом».

Эльфам не приходилось поддерживать вражду кланов — люди прекрасно обходились без них.