Цитаты из книги Спи ко мне

-Тут водятся призраки? - шёпотом спросила Наташа. -Призраков не существует, - спокойно ответил её спутник, - но никто не мешает людям верить в них. В столице даже есть несколько мастеров, которые делают приятные дорогие безделушки для местных призраков. -Так что, ваши призраки - платёжеспособный народец? -Платят, разумеется, те, кто в них верит. -Здорово придумано. Небось, барахло для призраков стоит дороже, чем для людей? -Безусловно. За свою веру надо платить. Иначе какая же это вера?

Во сне, твердят все сонники, прислушиваться надо, а не приглядываться. То, что ты видишь во сне - обман, морок. А вот то, что слышишь - есть великая истина.

Её сны были не фильмом, а набором открыток, к которым примешивались чистые листы бумаги. Под утро в памяти оставались только чистые листы.

Если тебе настойчиво что-то снится – значит, это твоя настоящая жизнь стучится в дверь. А может быть, и нет.

- ...Тёмно-карий – вот цвет глаз живого человека. Серые глаза рисуют на картинах, если изображают ожившего мертвеца. Синие или светло-синие – глаза духов. Красные – глаза предков, которые приходят в ночи, если они недовольны. – А зелёные? – Только у призраков. Но ведь их не существует.

А знаешь, я всегда боялась, что где-то кто-то может обойтись без меня. Что меня не будет - а ничего не рухнет, понимаешь? Потому что иначе - какой во мне смысл? Если можно и без меня.

Кто родился в Москве, в кого она вошла с первым торжествующим криком «Слышишь ты, мир! Я родился!», тот не отделяет себя от города. Ему в городе плохо – город виноват. Хорошо ему в городе – город хорош. А город равнодушно наблюдает со стороны.

С каждым днём, всё глубже и глубже погружаясь в одиночество, забываешь о том, что бывает как-то по-другому.

Художник должен страдать. Страдание - его топливо.

Тот, кто создает законы для других, сам должен соблюдать еще более строгие законы.

Я продаю воздух. Даже нет. Я продаю представление о том, что воздух, которым можно дышать бесплатно, надо покупать.

Осень швыряла под ноги сухие листья, но в темноте двора казалось, что это мятые купюры незначительного достоинства.

– Только небо, – вдруг тихо сказал Рыба, – небо здесь страшное очень. Как закрытые, запорошенные пеплом веки мертвеца. – Это Пётр спит. И видит сон, – ещё тише ответила Наташа. – Тсс!

– Мне кажется, что я во сне! – сказала Наташа. – Правильно вам кажется, – охотно поддержал беседу мужчина, – наш город и есть сон. Сон, однажды приснившийся Петру Первому. Пётр был царь и очень верил в себя. Он решил воссоздать свой сон наяву, во всех подробностях. Погубил многих, но получилась лишь модель сна. Сон нельзя построить – никто не будет смотреть чужой сон против собственной воли. Людей интересуют только их собственные сны.

Можно выйти на набережную и прогуляться в одиночестве, или заварить чаю, или включить телевизор. Делать что угодно, лишь бы не спать. Сон - это телепортация с территории вечерней свободы в расчерченное по линейке утро, где каждая минута на счету и нельзя отклониться от графика.

Если не можешь найти мир для себя по вкусу - создай свой.

Просто не верили в то, что у них что-то получится. Играли. Когда отдаёшь игре все силы, но не веришь, что это всерьёз - результат может превзойти ожидания.