Легкий завтрак в тени некрополя

Когда женщина говорит, что она гадость, стерва и сука – она явно кокетничает.

Господи, сделай же и меня идиотом. Чтобы жил я в радости, а не играл с чертом в шашки.

Ревность – это не чувство, это тоже игра воображения. Однажды я застал свою приятельницу, когда она занималась любовью с другим мужчиной. Я так расстроился, что вначале треснул пепельницей приятельницу, затем ее друга, а потом – себя.

Загадка – как эти фурии объединяются в пространстве и во времени, чтобы обрушиться на одного мужчину. Доисторический хаос, где тени ушедших и нерожденных женщин летают, перетекая друг в друга.

Она улыбнулась. И я понял, что знаменитая улыбка Моны Лизы – это обыкновенная ухмылка педика. Потому что женщина улыбается туманнее. Ее усмешка не ответ, не намек, а вероятность, что так улыбалась ее прабабушка. И брюнетка разглядывала меня из глубины веков с точки зрения всего женского пола, а не отдельной представительницы.

По правде говоря, моя интимная жизнь не поддается статистическому анализу. Во-первых, я ни хрена не помню, а во-вторых, не могу отказать себе в удовольствии приврать.

Ревность - это не чувство, это игра воображения.

Последний раз я обращался к врачу по поводу легкой простуды. Боже мой, он проглядел шизофрению!

Когда женщина говорит, что она гадость, стерва и сука – она явно кокетничает…

Нет ничего глупее мужчины, который надеется хоть в чем-то убедить женщину.