Käo kukkumine

— Это понятно, — осторожно подытожил Страйк, надеясь, что его не принимают за медиума.

«Пусть в его облике было нечто кроличье (короткая верхняя губа, крупные передние зубы, сам какой-то бесцветный), пусть глаза — судя по всему, близорукие — скрывались за толстыми линзами очков, зато от безупречного серого костюма, от блестящего ярко-голубого галстука, от часов и ботинок так и веяло большими деньгами.»

«На нее обрушился невидящий, всклокоченный центнер мужского веса;»

«когда человек поднимается до определенного уровня, доброхоты начинают ему нашептывать, что он достоин большего. Тогда человек забывает, кто дал ему подняться, и думает только о наживе.»

Что, спрашивается, она в нем нашла? А я тебе скажу, — продолжил он, не дожидаясь ответа. — Повелась на эту фигню: непризнанный поэт, истерзанная душа, страдающий гений. Ты сперва зубы почисть, ублюдок. Байрон долбаный.

— Знаменитости без труда выходят друг на друга ...

- Извините, что все время говорил вам "Сандра" - так звали вашу предшественницу. А как на самом деле вас зовут?

• Робин.
• Робин, - повторил он. - Несложно запомнить.

Ковыляя по Оксфорд-стрит с упакованной раскладушкой, он так и слышал их мягкий шепот: ты не один такой. Семь с половиной миллионов сердец билось в этом старинном холмистом городе, и многим было куда больней.

«До чего же легко рассуждать о склонности человека к саморазрушению».

«Я в самолете вообще спать не могу. Если мне суждено разбиться, не хочу, чтобы это произошло во сне.»

«Ни разу еще она не просыпалась в твердой уверенности, что наступающий день запомнится ей навсегда.»

«Инспектор уголовной полиции Рой Карвер выходил из себя. Его физиономия давно приобрела цвет мясных консервов».

Ему вспомнились скульптурные столбы Ворот королевы Елизаветы, на ленивый взгляд совершенно одинаковые, но нет: с одной стороны изображено живое существо мужского пола, с другой — женского; порода одна, но разница огромна.

<...> дело в том, что лишение наследства — это весьма красноречивый жест. Завещание способно нанести любую рану.

Вот для чего нужно держать секретаршу, <...> даже если тебе нечего ей поручить и нечем заплатить: для солидности

- А ты почему дембельнулся?

• Ногу оторвало, - с непривычной для себя откровенностью ответил Страйк.

У него вызывали омерзение СМИ, которые превозносили наркомана Даффилда. Героин не имел ничего общего с гламуром. Мать Страйка умерла на грязном матрасе, брошенном в угол, и целых шесть часов никому не приходило в голову, что она мертва.

... они были стройными, как положено богатым.

Представительницы целого поколения стремятся лишь к тому, чтобы их низвели до уровня бумажной куклы, плоской аватарки, чьи растиражированные эскапады скрывают за собой такие нарушения и расстройства, которые толкают вниз головой с четвертого этажа.