Произведение — о студенте конца шестидесятых, который потерял друга (самоубийство), влюбился в его девушку, а девушка-то оказалась тоже с сюрпризом в виде какой-то психической болезни, в которую автор не дал себе труд углубиться.
Некоторая натуралистичность и телесность свойственны японской литературе, и книга Х. Мураками — не исключение. Мне не слишком интересно читать механическое описание секса (член встал, вошёл в вагину, герой кончил — примерно так автор демонстрирует читателю сие действо), но за счёт этой бездушности оно, по крайней мере, не вызывает отвращения.
Язык у автора достаточно сухой, лишённый живости и яркости, зато богатый на повторы. От словосочетания «аппетитно съел» к концу книги у меня натурально начал дёргаться глаз. Не могу сказать, что сухость — это плохо. Мне в целом импонирует такой стиль. Но проблема в том, что в этом стиле главный герой попросту потерялся. Он — как табуретка, которую носят из комнаты в комнату, разговаривают с ней, кормят её, а ещё почему-то всем хочется с ней переспать. Эдакий человек-желе. Вроде бы с ним что-то происходит, вроде бы упоминаются какие-то движения его души, но всё это подано очень тускло и поверхностно. И персонажа, и всю книгу в целом можно описать одним прилагательным — флегматичная. Достаточно ровная, однообразная. Читать в целом интересно, если увлечёшься, но стоит прерваться, и окунуться обратно в эту тягомотину становится трудно. Эмоции отодвинуты на второй план. И это странно, учитывая, что книга — о суициде, о психологических травмах, о психических расстройствах. Меня, как читателя, не тронул ни один из персонажей, хотя все они достаточно объёмные и хорошо прописанные. Мне плевать на них, потому что автору тоже плевать, и главному герою — плевать тем паче. Я ожидала от книги глубокой меланхолии, а получила уже упомянутую выше выверенную флегматичность. Из-за этого возникает диссонанс, во-первых, с песнями, которые упоминаются в книге, потому что музыка тех же «Битлз», как ни крути, далека от пресного безразличия, а во-вторых, со студенческой жизнью. Герой — студент, но кажется, что он — сорокалетний мужик, застрявший в кризисе среднего возраста. Сами душевные заболевания и их лечение тоже описаны несколько странно, но в Японии вообще специфическая психология и психиатрия, поэтому не удивлюсь, если дело не в незнании автора, а в отличиях от наших реалий.
После прочтения финала внутри не осталось ничего: ни сочувствия, ни досады, ни недоумения, ни злости — вообще ничего. Книга закончилась — и фиг с ней. При этом я вовсе не могу сказать, что произведение пустое: в нём много интересных мыслей, много разных тем, о которых можно порассуждать с самим собой. Но философия разбивается и о безразличие, сочащееся между строк, и об излишнюю детализацию. Главный герой на каждой странице чистит зубы, берёт член в руку (иногда в обратном порядке) и так далее. Очень много еды и очень много секса. И это не плохо — было бы, не будь оно описано всё так одинаково, одними и теми же словами. Эмоции автор не показывает, не демонстрирует их, а просто говорит о них. Мне грустно, говорит герой. И на этом всё, никак больше эта грусть не проявляется.
А финальная сцена секса — просто зачем? Она испортила одного из самых ярких персонажей книги.
7 пластинок из 10. Читать однозначно стоит, но заранее настроившись на то, что можно не получить от книги многого. Это было моё первое знакомство с автором. Продолжать читать его произведения буду, отторжения у меня не возникло, но, пожалуй, после «Норвежского леса» стоит сделать паузу.
8 понравилось
