Цитаты из книги Norra mets

Во-первых, девушки моих лет вряд ли имеют представление о «справедливости». Обычным девушкам глубоко безразлично, справедливо они поступают или нет. Они размышляют не с позиций справедливости, а красиво это или нет, и что нужно делать, чтобы стать счастливой. «Справедливость» — слово, характерное для мужчин. Однако для нынешней меня это слово подходит как никогда точно. Красиво или нет, что делать, чтобы стать счастливой, для нынешней меня — хлопотная и надуманная проблема, которая незаметно затрагивает иные основы. Например, справедливость, честность, терпимость.

Я не считаю себя обделённой чувством музыки, но у неё оно было острее моего. «Жаль, — подумала я, — брала бы с детства кроки у сильных учителей — играла бы намного лучше». Хотя нет, она бы не потянула серьёзную учебу. В мире немало таких людей. По крупицам разбазаривают свой талант, не могут удержать его в руках. Мне доводилось таких видеть. Сначала думаешь: вот это да! Например, берут и играют сложную вещь с листа, и при этом — очень даже прилично. Слушатели сражены наповал. Сижу и думаю: куда мне до такой игры? Но на этом — все. Дальше прогресса нет. Почему? Не хватает усилий. Потому что их не приучили выкладываться, избаловали. Потому что обладая талантом с детства, можно было не напрягаться, сносно играть, и слушатели бы нахваливали. Зачем стараться, если и так все видят? На что другим требуется три недели, получается за полторы. Учитель слушает и говорит: «Здесь уже хорошо, пойдём дальше». И опять — в два раза быстрее. И опять они идут дальше. Не набив ни одной шишки, теряют то, без чего не может состояться личность. Это — трагедия.

Тот, что повыше, нёс пачку агитационных листовок. Тот, что пониже, подошёл к преподавателю и сказал, что вторую половину лекции они просят уступить им, так как намерены посвятить её дискуссии, и что мир сейчас охвачен более важными проблемами, чем греческие трагедии. Это была не просьба, а простое оповещение. Преподаватель сказал, что он не считает, что в мире на данный момент есть проблемы серьёзнее греческих трагедий, но поскольку говорить им что-то бесполезно, то пусть поступают, как им хочется. Затем спустился вниз, взявшись за угол кафедры, и ушёл из аудитории, подволакивая ногу, опираясь на клюку.