Цитаты из книги Norra mets

- Когда начинается сексуальная сцена, слышно, как на соседних местах сглатывают слюну, - сказала Мидори. - Вот этот самый звук. Он такой милый.

Нормальные люди называют это дружелюбием или чувством любви. Тебе нравится называть его любопытством - я не против.

В повседневной жизни что левые, что правые, что праведность, что порочность - по большому счету роли не играет.

Нужно выплескивать чувства наружу. Хуже, если перестать это делать. Иначе они будут накапливаться и затвердевать внутри. А потом-умирать.

Будет революция или не будет, простым людям ничего не остается, кроме как продолжать существовать в какой-нибудь дыре. Что такое революция? Самое большое, названия учреждений поменяются.

Как хорошо, что можно кому-то написать письмо. Это действительно здорово, когда можешь вот так сесть за стол, взять карандаш и написать, когда хочешь передать свои мысли кому-то. Конечно, когда напишешь все на бумаге, то кажется, что смог выразить только какую-то часть того, что хотел сказать, но и это, по-моему, неплохо.

Будешь читать то же, что все, станешь и думать так же, как все. Так только отсталые люди поступают, примитивные. Нормальный человек так не делает.

Человек поймёт другого, когда придёт соответсвующее время, а не потому, что этот другой захочет, чтобы его поняли.

– Самое главное – не падать духом, – сказала Рэйко. – Вот тебе еще одно предостережение. Не падать духом. Когда станет не по силам, и все перепутается, нельзя отчаиваться, терять терпение и тянуть, как попало. Нужно распутывать проблемы, не торопясь, одну за другой.

"Незаметно мне исполнилось девятнадцать. <...> А я не собирался становиться писателем. Я вообще не собирался становиться никем."

Иногда я чувствую себя смотрителем музея. Пустого музея без единого посетителя, за которым я присматриваю лишь для себя самого.

Но ведь мир стоит на простых людях, и эксплуатируют тоже именно простых людей. Какую революцию, какую перестройку общества ты будешь делать, если ты сыплешь словами, которых простые люди не понимают?

– Зачем мы сюда пришли?
– Ты привела, я только шел следом.

Ты боишься быть счастливым, потому что тогда тебе будет что терять.

“But don’t ever tell another woman that you find her wrinkles attractive,” she added. “I like to hear it, but I’m the exception.”

When your feelings build up and harden and die inside, then you’re in big trouble.

A lot happened in late January and February that year, 1969.

«Хочу, чтобы ты помнил обо мне. Чтобы ты всегда помнил, что я жила и была рядом с тобой».

Был у него некий природный магнетизм, врождённая способность притягивать к себе людей. Он, как бы возвышаясь над остальными, моментально оценивал ситуацию, искусно и убедительно давал окружающим директиву, увлекая их за собой. Все с первого взгляда видели над его головой похожую на ангельский нимб ауру этой силы и с почтением понимали, что он — человек не простой.