Ваша оценкаРецензии
nastya14108614 января 2024 г.Читать далееВ багровом зареве закат шипуч и пенен,
Березки белые горят в своих венцах.
Приветствует мой стих младых царевен
И кротость юную в их ласковых сердцах.
(Сергей Есенин, 1916)
«Идиллический образ четырех милых девочек в белых вышитых батистовых платьях с голубыми бантами в волосах совершенно не отражал те четыре очень разных личности, которые росли и развивались за закрытыми воротами Александровского дворца.»Ольга (3.11.1895 г.р.) была любознательна, чувствительна, мечтательна, романтична, ранима, принципиальна, отзывчива к несчастью или состраданию других. Но Ольга могла быть и капризной, и высокомерной, с ней иногда бывало трудно поладить. Вспышки гнева и раздражительности, которые время от времени происходили с ней, давали представление о сложности ее характера, с которым Ольге порой было трудно справляться.
Татьяна (29.05.1897 г.р.) была поразительно красива: стройная, с темными золотисто-каштановыми волосами, бледной кожей, с глазами скорее серыми, а не такими синими, словно море, как у ее сестер. Татьяна от природы имела властный вид и могло показаться, что она необычайно хладнокровна, но на самом деле Татьяна была эмоционально сдержана и никогда не впадала в зависимость от своего характера. Татьяна оказалась прирожденным организатором, отличалась методичностью и прагматичным складом ума. Кроме того, она была совершенно бескорыстна и испытывала глубокую благодарность за то, что делали для нее другие.
Мария (14.06.1899 г.р.) страдала оттого, что оказалась «посередине»: и не со старшими сестрами, и все-таки не с младшими сестрой и братом. Мария была крепкого телосложения, потому иногда казалась неловкой, шумной, неуклюжей. Но для многих она была самой красивой (хоть и не самой смышленой): все замечали, как ярко сияли ее глаза, и помнили теплоту ее улыбки. Машка, как часто называли ее сестры, менее всего ощущала привилегированность своего положения; из всех сестер она была самая добрая и искренняя.
Анастасия (5.06.1901 г.р.) чертами лица очень напоминала свою гессенскую родню. Она совсем не была застенчива, а наоборот, крайне прямолинейна, даже со взрослыми. Настасья, как ее звали в семье, хорошо могла всех развеселить и поднять всем настроение; у нее был дар общения с людьми. Анастасия была плохой ученицей – рассеянной, невнимательной, неусидчивой. Но когда ее наказывали за плохое поведение, она умела отвечать за свои поступки. Время от времени Анастасия бывала грубой, «вредной, почти злой», когда все шло не так, как ей хотелось.Далее
Несмотря на ограничения и замкнутость их жизни, великие княжны «были простые, счастливые, нормальные молодые девушки, которые любят танцы и всякие пустяки, которые делают юность яркой и запоминающейся.» Подрастая, Ольга и Татьяна стали сопровождать Николая II на различные официальные мероприятия вместо вечно нездоровой матери. Их представляли совершенно невыразительно, подчеркивая, что светским развлечениям девочки предпочитают домашний уют. Так ли? Ольга и Татьяна с удовольствием танцевали на балу в Дворянском собрании, радовались первому появлению на военных маневрах в форме подшефных полков, с нетерпением ждали чаепитий у тети Ольги в обществе нескольких знакомых офицеров с яхты «Штандарт» и Императорского конвоя. Но развлечений и выходов в свет было невозможно мало. Александра не хотела никуда отпускать своих девочек.
И, конечно, старших сестер молва и газеты вскоре начали «сватать». Говорили, что Ольга влюблена в великого князя Дмитрия Павловича и дело уже идет к свадьбе. Однако нет никаких убедительных доказательств в пользу того, что Ольга проявляла хоть какой-нибудь интерес к Дмитрию (если она и упоминала его в дневнике, то «Дмитрий болтал ерунду»). А молоденькая княжна, как кто-то предположил, должна была казаться Дмитрию «занудой». Вырубова вспоминает, что за Дмитрия одно время думали выдать Татьяну. Как бы то ни было, через несколько лет Татьяна пишет в дневнике о князе так: «Вернулась с Дмитрием в моторе… Ужасно была рада, что он был…; а в письмах к отцу просит Дмитрия поцеловать. Конечно у Ольги, старшей, «женихов» было достаточно: к ней сватался Христофор Греческий и Кароль Румынский, в нее был влюблен князь Иоанн Константинович. Интересно, что автор не упоминает, что к Ольге два раза сватался Константин Константинович, которому не очень вежливо дали от ворот поворот. Но Ольге эти молодые люди были совершенно безразличны («Костя убил вчера молодого лося и собирается подарить мне голову… Я не слишком этому радуюсь, что я буду с этим делать?.. Костя сидел все время и мешал…»), ее романтические мысли были направлены значительно ниже рангом. Павел Воронов поступил на службу на «Штандарт» в апреле 1913 г. И Ольга быстро привязалась к нему. Они часто сидели на палубе и болтали с Татьяной и ее любимым офицером Николаем Родионовым, играли в теннис с царем, прогуливались, смотрели фильмы. Это вышло за рамки обычного флирта, это была первая любовь, причиняющая боль. Возможно, Воронов почувствовал, что его тесная дружба с великой княжной начала превращаться в нечто большее, поэтому… женился в феврале 1914 г. «Господи, пошли ему счастья, моему любимому», - записала тогда Ольга… А когда знакомые говорили сестрам, что те вскоре станут невестами и уедут из Россию, девушки смеялись и обещали, что «ни за что не выйдут замуж за иностранцев и не покинут родину».
Перед самой войной в Кронштадт прибыла английская эскадра, и мичман Г.Теннисон писал домой, что сестры были «самым жизнерадостным и симпатичным квартетом, который мне довелось встречать в последнее время, они покатывались со смеху и постоянно шутили. Если бы они не были принцессами, я бы не отказался с одной из них погулять.»
Первая мировая кардинально изменила безопасный, простой, замкнутый мир сестер Романовых. Конечно, сразу прекратились разговоры о династических браках. Больше не будет круизов по финским шхерам и каникул под теплым крымским солнцем, веселья на «Штандарте». Дмитрий и молодые Константиновичи ушли на фронт, любимая тетя Ольга стала сестрой милосердия.
Война оживила больную царицу. Аликс твердо решила, что она с двумя старшими дочерьми должны пройти курс обучения сестринскому делу и работать в госпитале Царского Села. Девушек и их мать никто не оберегал от того шока, который они испытали, впервые столкнувшись со страданиями раненых и воочию увидев, как могут изувечить человеческое тело бомбы, сабли и пули. Их, не щадя, направляли на самые трудные и психологически напряженные участки работы. В дополнение к этим обязанностям у Ольги и Татьяны были важные общественные роли в организации обеспечения фронта. Ольга стала председателем Комитета помощи семьям запасных, Татьяна – Комитета помощи беженцам. Они регулярно ездили в Петроград на заседания, собирали пожертвования и занимались нудной бумажной работой. «Царица и четыре ее дочери принимают известное участие в благотворительности, но в остальном русский народ знает их только по фотографиям.» Имидж Татьяны в глазах общества сильно улучшился благодаря крайне важной деятельности ее Комитета. «Она высокая и темноволосая, красивая и озорная… Не было в Петрограде витрины, где бы не была выставлена большая фотография этой молодой дамы с мягким сияющим взглядом, смотрящим немного искоса, как-будто спрашивая: «Сколько вы пожертвовали?» Если до войны больше внимания обращали на Ольгу, теперь на первый план вышла Татьяна. В Татьяне было что-то особенное, что отличало ее от сестер. Во всем, что она делала, Татьяна проявляла настойчивость и упорство, которых не было у эмоционально менее устойчивой Ольги. Медсестры, врачи и пациенты считали, что Татьяна – прирожденная сестра милосердия. Ольга же в операционной очень расстраивалась, становилась раздражительной, с повседневными делами справлялась не так легко, как Татьяна. И через некоторое время Ольге стали поручать менее трудную работу.
Мария и Анастасия завидовали новой непростой роли старших сестер. Но и младшие вносили свой посильный вклад. Они разговаривали с ранеными, играли в настольные игры, помогали читать и писать письма.
Однажды в разговоре с Анной Вырубовой Александра заметила: «У большинства русских девушек в головах только мысли об офицерах.» Но, при этом, она не принимала всерьез того, что происходило прямо у нее перед носом. Татьяна поддалась очарованию уланского капитана Дмитрия Маламы. Он был милым и добродушным. Вскоре Татьяна получила от него необычный подарок – французского бульдога по кличке Ортипо. Но скоро Малама был выписан: «Ужас, как жалко», - только и смогла записать Татьяна… Анастасия в письмах к отцу высмеивала растущую привязанность Марии к офицеру Николаю Деменкову. Все сестры подтрунивали над ее ухажером, «толстым Машкиным Деменковым»… Весной 1915 г. Внимание Ольги привлек прапорщик-эриванец Дмитрий Шах-Багов. Она дорожила каждой минутой, проведенной с ним, а по Мите «было видно, что он сильно влюблен в свою медсестру.» А Татьяна, казалось, влюбилась в стрелка Владимира Кикнадзе. Они вчетвером играли в саду в крокет, они привыкли обмениваться улыбками и признаниями, сидя на кроватях и разглядывая альбомы или фотографирую друг друга. Война на некоторое время показалась не такой уж суровой… Валентина Чеботарева, коллега сестер по лазарету, записала в дневнике: «Ольга Н. все время сидит на кровати с Шах-Баговым. Другая пара пришла к ним и сидела рядом… Кикнадзе обнимает ее. Милое детское лицо Татьяны Н. не может ничего таить и вспыхивает.» Доктор Вера Гедройц и Валентина Чеботарева не могли дождаться отъезда Кикнадзе, которого считали бабником, но и скромный Митя тоже оказался не безупречен: «Люди сплетничают…» «У Ольги снова трагический вид», - записала Чеботарева в связи с отъездом Шах-Багова… Весной 1916 г. В Петроград вернулся Дмитрий Малама. «…он был бы идеальный зять, - написала Аликс мужу. – Почему иностранные принцы не такие приятные?» Татьяна не доверила свои мысли о возвращении Маламы ни дневнику, ни письмам…
Девушкам все сложнее давалась военная жизнь, и в мае 1916 они были счастливы, что их берут в инспекционную поездку в Крым. Автор этого не упоминает, но во время поездки проявился взаимный интерес Татьяны и князя Игоря Константиновича, который был адъютантом царя. Она пишет в дневнике: «После ходили с Папой по платформе. Потом с Игорем была.» На фото они часто рядом. И позже Татьяна спрашивает в письмах: «Что поделывает всеобщий любимец князь Игорь?.. Что прелесть Игорь делает?..» Но родители не считали братьев Константиновичей серьезными женихами для дочерей… Летом ненадолго приехал Шах-Багов. Валентина Чеботарева видела, как усердно старается скрыть свои чувства Ольга: «Когда Митя уехал, бедняжка сидела одна больше часа, уткнувшись носом в швейную машинку.» Без Мити Ольга поникла подобно увядшему цветку, ей казалось, что жизнь и любовь проходят мимо. Но Татьяна не поддалась искушению втянуться в такой же круговорот чувств, когда Володя Кикнадзе был снова ранен и вернулся на лечение… Николай теперь с небольшими просьбами обращается не к ней, а к Татьяне. «Все ложиться на Татьянины плечи», - признавалась Аликс.
Год закончился убийством Распутина. «Все четверо сидели на диване, тесно прижавшись друг к другу. Они были застывшими и совершенно очевидно страшно расстроены, но весь этот долгий вечер имя Распутина никто ни разу не произнес в моем присутствии, - вспоминал один из адъютантов. – Они страдали, потому что человека больше не было в живых, но еще и потому, что они почувствовали, что с его убийством что-то страшное и незаслуженное началось для их матери, отца и них самих и что оно неуклонно приближается к ним.»
В начале 1917 был дан торжественный обед в честь румынской делегации. На нем состоялся официальный выход в свет Марии. «…бедная Мария поскользнулась в своих новых туфлях на высоких каблуках и упала при входе в обеденный зал на руки высокого великого князя.» Услышав шум, император заметил в шутку: «Ну, конечно, это толстая Мари!» После того, как ее сестра «свалилась с грохотом», как вспоминала Татьяна, она сидела на полу и смеялась до слез.
Февральская революция совпала с болезнью девушек и Алексея корью. Начался мятеж Царскосельского гарнизона. Императорская семья осталась под защитой немногих верных подразделений. Из Петрограда несколько раз звонил князь Игорь, разговаривал с единственной здоровой из сестер Марией, предлагал помощь. Игоря благодарили, но отвечали, что «ничего не нужно». Жена Иоанна Константиновича, Елена, смогла приехать в Александровский дворец: «Императрица произвела впечатление своим хладнокровием… Она ни разу не проявилась никаких признаков слабости.» Виктор Зборовский, верный сотник Конвоя, любимец Анастасии, был тронут переменами, которые произошли с Марией: «В ней ничего не осталось от прежней молодой девушки… серьезная, разумная женщина, глубоко и вдумчиво реагирующая на все, что происходило.» …Теперь они стали арестантками и дочерьми полковника Романова. «Мысль, что мы все вместе, подбадривает и успокаивает нас», - записал бывший царь. Они, казалось, спокойно приспосабливаются к новой жизни. А многие охранники были удивлены, что царская семья оказалась «тихой, невызывающей, неизменно вежливой»… 30 июля все постарались, как могли, отпраздновать 13-й день рождения Алексея. А ранним утром 31 поезд увез семью в Тобольск. Анастасия написала преподавателю Сиднею Гиббсу: «Маленький мальчик подошел к моему окну и попросил: «Дядя, дай газету, пожалуйста, если есть.» Я сказала: «Я не дядя, а тетенька, но у меня нет газеты.» Сначала я не могла понять, почему он назвал меня «дядей», но потом вспомнила, что у меня острижены волосы, и мы с солдатами (которые стояли рядом) очень смеялись. По дороге случилось много забавного… Не забывайте меня.»
В Тобольске девушки поселились в одной комнате, которую постарались сделать уютной. На ширмы они набросили красочные покрывала и платки, также задрапировали и голые стены. На крошечных тумбочках расставили иконы, фотографии, любимые безделушки. «Семья переносит все с большим хладнокровием и мужеством.» «Моя дорогая Катя! – писала Анастасия сестре сотника Зборовского. – Спроси Виктора, помнит ли он осень прошлого года? Я сейчас многое вспоминаю… все хорошее, конечно!.. Наше время проходит так однообразно.» Хорошим развлечением, как ни странно, оказалась уроки. Приехавший Сидней Гиббс заметил, что постоянно «скучно» было одной Ольге. Семья много читала и ставила спектакли. Девушки охотно помогали отцу колоть дрова, чистили от снега двор и ступени. А Мария как-то сказала, что все они, в общем, не против «поселиться в Тобольске навсегда, если только им позволят выходить ненадолго» в город. …Клавдия Битнер считала, что на проницательной Татьяне держится весь дом. У нежной Ольги был печальный вид, она все больше углублялась в себя. Марию – добросердечную, веселую, дружелюбную – все любили. Анастасия оставалась непокорной, неотесанной и даже невежливой, но зато могла развеять мрачность любого. Сердечность девочек, так располагавшая к ним людей, способствовала тому, что между ними и солдатами караула сложились дружеские отношения… Петроград и прежняя жизнь были теперь таким далеким прошлым, что семья практически не обратила внимание на большевистский переворот. Тем не менее, Татьяна написала подруге: «Так больно и грустно все, что делают с нашей бедной Родиной, - но одна надежда – что Бог не оставит и вразумит безумцев.» Настроение быстро менялось. «Я приехал сюда, прекрасно зная, что живым мне отсюда не выбраться, - сказал Татищев Глебу Боткину. – Все, что я прошу – чтобы мне позволили умереть с моим императором.» А вновь заболевший Алексей признался матери: «Я хотел бы умереть. Я не боюсь смерти. Но я так боюсь того, что они могут здесь с нами сделать.»
В конце апреля 1918 из Москвы приехал комиссар Яковлев – за Николаем. Александра отказалась отпускать мужа одного в неизвестность. С собой решили взять и Марию. Почему ее? Скорее всего из-за ее симпатии к одному охраннику; хоть автор и придерживается «скучной версии»: Ольга – слаба, Татьяна – за старшую, Анастасия должна подбадривать больного Алексея. Во время сборов в дорогу Татьяна спросила Яковлева: их везут в Москву, чтобы отец предстал перед судом? Но комиссар отверг эту мысль… Через неделю стало известно, что родителей и сестру привезли в Екатеринбург. «Здесь каждый день нас ждут неприятные сюрпризы», - написала Мария. Николай сделал приписку для Анастасии: «Мне без тебя одиноко, моя дорогая. Скучаю по забавным рожицам, которые ты строишь за столом.»
Наконец, три сестры и Алексей прибыли в Екатеринбург. Местный инженер, в надежде увидеть их, стоял под дождем на станции. «…все отражалось на из молодых лицах: радость увидеть родителей, гордость угнетенных молодых женщин, вынужденных скрывать свою душевную боль от враждебных незнакомцев, и, наконец, может быть, предчувствие неминуемой смерти… Ольга, с глазами газели, напоминала печальную девушку из романа Тургенева. Татьяна производила впечатление высокомерной аристократки, с гордым видом взирающей на вас. Анастасия казалась напуганным, в полном ужасе, ребенком, который мог бы при других обстоятельствах быть обаятельным, беззаботным и любящим.» …В Екатеринбурге темп жизни совсем замедлился, стало невыносимо скучно, не было ни газет, ни писем, у них не было «никаких новостей ни о ком.» В городе также содержались братья Константиновичи (которые подходили к Ипатьевскому дому, пытаясь хоть мельком увидеть родственников), Володя Палей, Сергей Михайлович и Елизавета Федоровна, но их быстро перевели в Алапаевск – много Романовых в одном месте. Но посылку от тети Эллы царская семья получила… Семья жила в полной изоляции, как в тюрьме. Девочки сами стирали, убирали, учились готовить. Татьяна и Мария просили вернуть фотоаппарат, но им отказали.
…17 июля вскоре после полуночи их неожиданно разбудили охранники и приказали одеваться. Семье сказали, что их переводят вниз в подвал для их безопасности из-за беспорядков и обстрела в городе. Семья подчинилась, не задавая никак вопросов. …А 18 июля для них уже не существовало…Все ближе тянет их рукой неодолимой
Туда, где скорбь кладет печаль на лбу.
О, помолись, святая Магдалина,
За их судьбу.
(Сергей Есенин, 1916)13566
Shumri4 октября 2024 г.Обреченные девочки
Читать далееЧитала эту книгу и все время думала: "Ах, если бы!". Ах, если бы Ольга, Татьяна, Мария и Анастасия родились в другое время или в другой стране... Ах, если бы Николай II не был таким бесхарактерным и недальновидным... Ах, если бы Александра Федоровна не была такой религиозной неврастеничкой...
Но по злой иронии именно любящие родители поспособствовали тому, чтобы девочек безжалостно загубили (по сути только за то, что они - княжны из дома Романовых).
И по не менее злой иронии руку к падению династии приложил один из императоров - обиженный на мать Павел I, запретивший женщинам занимать российский престол.
И на первый взгляд детство ОТМА (так собирательно называли девочек родители и даже они сами) было счастливым - забота, любовь, летний отдых на яхте "Штандарт" веселье в Ливадии, уютные домашние вечера с чтением вслух или просмотром кинофильмов... Но если присмотреться - семья была на грани дисфункциональности. Мать, сначала одержимая желанием родить сына, потом поглощенная заботой о его здоровье, вечно больная, перекладывающая на старших дочерей ответственность за младших... Александра Федоровна словно забыла, что у императрицы есть масса обязанностей, кроме рождения наследника, например - должным образом ввести в свет великих княжон. Она по сути заперлась вместе с девочками в маленьком семейном мирке, что вызывало недоумение и раздражение знати. Николай почему-то этому потворствовал (тоже, видимо, забыл, что он не просто отец - он в первую очередь император). И современники отмечали, насколько ОТМА во многом наивны и оторваны от мира.
Еще мне показалось, что девочки все же чувствовали, что они, по образному замечанию - лишь четыре предисловия. Вспыльчивость и нервозность Ольги, буйный нрав Анастасии, грусть и незаметность Марии, стремление Татьяны быть полезной - возможно все это результат ощущения своей "вторичности", меньшей важности для родителей (в первую очередь - для матери) по сравнению с Алексеем? И это ОТМА, словно попытка обезличить княжон, слепить из них некий абстрактный образ царевны...
Книга Раппапорт ценна не просто историческими подробностями - благодаря ей можно познакомиться с Ольгой, Татьяной, Марией и Анастасией как с отдельными личностями, услышать их голоса не в общем нестройном хоре.11382
anatakesilver8 апреля 2018 г.Читать далееКогда меня, заядлого монархиста и фанатичного специалиста в истории жизни последней Царской семьи (без ложной скромности), спрашивают, какую книгу про Романовых лучше почитать, я всегда называю эту. Она невероятная. Она захватывающая.
Есть столько книг про расстрел семьи Николая II. Столько "сенсационных расследований" про Распутина и его роль в судьбе Российской империи. Но так мало книг, где было бы про настоящую жизнь настоящих людей, а не полумифических исторических личностей. Эта книга - одна из тех, читая которую, понимаешь, что тут как раз про людей. И не про то, как они умерли, а про то, как они жили.
Я читала эту книгу несколько месяцев. Не потому, что она объёмная, или что я читала в час по чайной ложке - просто я делала огромное, по своим меркам, количество выписок. Их набралось на отдельную книгу. Писала аутентично - при свечах, от руки, выводя каждую буковку. Я нежно люблю эту семью. Мне бесконечно их жаль. Но до тех пор, пока эта книга не попала ко мне в руки, я, вроде бы как, и не знала ничего, кроме жалости. А тут мне открыли глаза. И новые чувства.
Хелен Раппапорт собрала историю жизней этих очаровательных барышень, дочерей последнего Императора, из многочисленных крупиц исторических источников, в которых никак не усомниться. Она показала читателям четырёх девушек, которые, как и мы, состоят из плоти, крови и живой души. Девушек, которые влюблялись и ужасно страдали от любви; девушек, которые курили за лазаретом и обсуждали ухажеров; девушек, которые ели шоколад в театре, не снимая с рук белых перчаток; девушек, которые переживали за своего младшего брата; девушек, которые так много мечтали и так много думали о своём будущем. Девушек, которые сильно пострадали и от материнского воспитания - очень, порой, неверного, истеричного, болезненного. Прочитав эту книгу, я впервые поняла, какой была последняя Императрица. Узнала очень много нового про других членов Императорского дома (чего стоят подробности про князя Дмитрия!), которым посчастливилось избежать горькой участи.
И, к сожалению или к счастью, поняла, что окончательно привело великую Российскую Империю к гибели. Вы тоже это поймёте, если прочтёте. Там всё очень прозрачно, хоть и автор не говорит ничего определённого. Всё между строк.
Сразу оговорюсь - здесь вы не найдёте сальных и заезженных подробностей про расстрел. За этим - к Радзинскому, Дитерихсу и прочим специалистам. Тут - только жизнь и ничего, кроме жизни. И я очень благодарю за это автора, потому что мне тяжело переживать этот позорный, отвратительный эпизод нашей истории снова и снова.
Ольга, Татьяна, Мария, Анастасия, Алексей - моя вам безграничная любовь.
101K
libros_para_querer12 марта 2022 г.Читать далееЯ лично была в восторге от книги! Чтение было увлекательным, не могла оторваться. Не могу сказать, что хорошо знаю историю вообще и этот её период в частности, поэтому для меня это было отличным погружением в эпоху! Я с удовольствием познакомилась с этой семьёй и её порядками, с эволюцией взглядов и личностей, насколько можно это проследить по письмам, воспоминаниям, документам, дневникам... Очень порадовали ссылки на источники: в наше время, когда за исторический труд часто выдают собственные измышления, это бесценно. Книга заставляет о многом задуматься: роль личности в истории, роль женщины и образование в начале 20 века, фигура царя как главы государства, виновные и невинные, судьба и рок... Тяжёлый, поворотный период в истории нашей страны. И как всё это видели те, кто должен был латать дыры и спасать, а вместо этого играл в бадминтон и решал свои сугубо личные вопросы. Имели право (или нет?), они же тоже люди. Хотели быть просто счастливы. Но оказались не в том месте, не в то время, и главное, не в той роли...
9820
Dobronvkz19 января 2025 г.Это не дневники
Читать далееэто не дневники сестер Романовых в чистом виде,цитат из них тоже не много в книге. такое расхождение в названии и содержании может сильно разочаровать читателя.книга подходит для тех,кто интересуется предреволюционным временем в России и бытом царской семьи Николая II.
Написана книга достаточно легко,немного произвела впечатление затянутости и излишней детализации при описании юных лет сестер: их ежегодные путешествия,прогулки,работа в госпитале. на мой взгляд,это могло бы быть более динамично и кратко описано.в книге есть иллюстрации.мне было интересно их разглядывать.
в книге также использованы дневники и воспоминания людей,когда-то знавших или работавших с царской семьей,но в объективность данных суждений не всегда верилось,так как речь идёт об очень богатых сестрах,дочерях императора.
в конце, безусловно,становится очень грустно,когда ты понимаешь,что это дети и родители,оставшиеся в очень сложных обстоятельствах...это просто семья. семья,которая хочет жить вместе,которые любят друг друга8326- SvetlanaPenkina3 декабря 2023 г.Читать далее
Мне всегда была интересна судьба данной семьи. Данная книга очень хорошо излагает и описывает жизнь царя и его семьи. Конечно сильно подкупило в названии слово "дневнеки", жаль малова то, но все же письма и выдержки из дневнеков несут определенную информацию о жизни царской семьи.
Даже зная итог , все равно очень жутко и страшно от того, что прешлось пережить юнным княжнам их брату и родителям. Они этого не заслужили.
Неизгладимое впечатление оставила эта книга. Очень тронула " за живое".
Книга стоит внимания. В книга также есть фотографии царской семьи.8543 
ashofroses23 ноября 2019 г.Читать далееЯ прекрасно знала на что иду, когда начинала чтение «Дневника княжон Романовых». Как большой любитель истории царской России, я читала много книг о последней венценосной семье. В частности хорошо помню книгу Радзинского, где страшная ночь восстановлена почти до минут. Хочу сразу отметить, что то, что Хелен Раппапорт является британкой, никак не сказывается на качестве её книги. «Дневники» не похожи на сухую документалистику со скучными фактами. Все события описаны почти что художественным стилем, с живыми сравнениями и плавными переходами к следующим этапам жизни. Автор выдерживала настроение каждого события семьи, будь то счастье или горечь. И, увы, «Дневники княжон Романовых» с первых страниц пронизаны ею, пронизаны какой-то печалью и неизбежностью. Будто с самого рождения Аликс злым роком был уготован всей царской России и Романовым такой трагичный конец.
ㅤㅤ
Книга построена восхитительно, и вклад Хелен Раппапорт в неё колоссален. Мне было бы не так интересно читать сами дневники княжон (судя по приведенным отрывкам, довольно немногословным и без пояснений), а полная хронография событий от рождения Александры Фёдоровны до последнего дня их семьи даёт полное погружение в жизнь как и девочек, так и венценосных супругов. Автор избегает личных оценок и смелых суждений, чем грешат, например, российские историки. Даже такие туманные личности как Григорий Распутин или Дмитрий Павлович предаются на суд читателю, избегая каких-то клеймо непосредственно в самой книге. Личность Александры Фёдоровны представлена более мягко, чем я привыкла. Это профессионально. Это вызывает доверие, и за всё подробное повествование я так привязалась к каждому из последней царской семьи и их окружению, что всё равно не выдержала в самом конце и плакала. Последние дни семьи Раппапорт описала мимолётом, щадя чувства читателей, но горечь от их смерти ещё долго оставалась холодным поцелуем на губах.
ㅤ
«Дневники княжон Романовых» нельзя оценивать по тем же критериям, что и художественную литературу. Главное в исторических книгах - подача материала, была великолепна. Я разрывалась от внутренних противоречий и жалости, накатом понимая, как умерла дух монархии вместе с последней царской семьей. Может мне сейчас, в 21 веке, живя в среднем достатке и имея возможность выбирать свою жизнь самой, легко судить о произошедшем, чем если бы я была беспробудно тёмной крестьянкой, работающей по 12 часов в день, но убийство царской семьи - это бессмысленная жестокость, пришедшая с режимом «сделать всех одинаково несчастными и убогими». Но мы должны знать об этом. Должны помнить. И «Загубленные жизни» - стоящая книга для подробного знакомства с последней императорской семьёй Романовых.81K
dersennet7 декабря 2017 г.Отец всем просит передать: не надо плакать и роптать (с)
Читать далееЭта история будет рассказана так, как её помню я. О детской кроватке, в маленькой комнате, о вальсе, в котором мелькают платья. О четырёх сёстрах, которые стали моими гештальтами.
Когда-то в далёком прошлом детстве я спросила у своей матери, о чём мультик «Анастасия». И она рассказала мне о великой княжне, которая была весела, одинока и прекрасна. Она рассказывала мне о четырёх сёстрах Романовых перед сном. Я просила её купить эту кассету с «Анастасией», потому что желала, чтобы постоянно играла колыбельная про декабрь.
Я словно сама превращалась в Анастасию, настолько меня задела её история. И настолько же разрушила реальность.
Анастасию расстреляли вместе с её семьёй. Мой образ княжны был уничтожен пулями большевиков.
В свои шесть лет я познакомилась с историей, жизнью и семьёй Романовых.
Эти четыре сёстры были для меня подобны четырём элементам стихий. Прекрасные, живые, такие настоящие. Каждая из них несла в своём сердце тяжкое бремя. И каждая из них боролась со своими импульсивными порывами.
Говорили, что они прекрасны и терпеливы. Сердечны и милосердны. Они были воспитаны в строгости и изоляции, но при этом остались людьми. Каждая из них – это один прекрасный человек, который мог бы сбежать, мог бы выжить, мог бы продолжать быть.
Но они предпочли семью. Ведь именно так их воспитывали.
Все проблемы из-за женщин. И это правда. Александра привнесла в жизнь Николая II смуту. Он любил её. Столь сильно, столь беззаветно. Более неё он любил лишь своих детей.
Двое людей, которые мечтали о тихой семейной жизни. Что понадобилось им в политике? Почему они просто не могли оставить российский престол и исчезнуть в мире и любви, растворившись в простом народе.
Александра цеплялась за свою больную иллюзию, Николай до безумия любил свою жену. А девочки… Девочки не чаяли души в своих родителях.
Это не дневники. Это не сухая хроника их жизни. Это попытки автора представить нам жизнь той Российской Империи в глазах четырёх девочек. Девочек, каждая из которых мечтала любить, мечтала помогать, мечтала спасти Россию.
Но в итоге получилось то, что мы имеем сейчас.
Они не святые, не великие. Они просто люди, мечтающие о семейном счастье. Все: начиная от их родителей и заканчивая самими детьми Романовыми.
Всё это столь важно и трепетно для меня, что я сворачиваю повествование.
Просто почтите книгу и посмотрите этот прекрасный мультфильм.8952
Wanderer-r4 мая 2025 г.Читать далееСамое главное, что нужно знать об этой книге: это не дневники. И более того, автор и не позиционировал эту книгу как дневники, просто перевод — штука бессмысленная и беспощадная.
Четыре разные сестры. Дочери последнего царя, о смерти которых знают, пожалуй, все. А вот о том, как они жили... При их жизни об этом не знал практически никто. Слишком уж закрыто жила эта семья. И эта изоляция, скорее всего, сыграла роковую роль.
Обычно к Николаю Второму отношение очень полярное. Либо его боготворят, либо считают, что он сам во всем виноват, но мне кажется, что реальность где-то посередине. Даже в книге о его дочерях видно, что он и его жена совершили кучу ошибок, основных на выборах, которые, казалось бы, должны были играть в пользу семьи, но нет, совсем нет.
Из-за слабого здоровья Александра Федоровна практически полностью выпала из светской жизни (за исключением благотворительности), посвятив себя рождению наследника, что вышло только с пятой попытки и не могло не отразиться не только на муже, которому приходилось между всем этим разрываться и пытаться как-то сгладить отсутствие семьи в публичном пространстве, но и на первых четырех девочках.
И быть предисловием (в четверном размере) перед мальчиком и так непросто, так еще и мальчик-то родился по сути инвалидом, и по итогу все вылилось не в очень-то радужную картину.Сама книга достаточно хорошо структурирована, все представлено хронологически, за исключением начала. Автор очень хорошо поработала с источниками и при этом, на мой взгляд, не скатилась в лютую субъективщину, подмечая как положительные, так и негативные моменты.
7312
penka_mary24 января 2022 г.Читать далееОТМА
Именно так называли они сами себя и в кругу семьи сокращенно.
Ольга
Татьяна
Мария
Анастасия
Великие княжны Романовы. Дочери последнего русского царя Николая II.
Семья Николая II, а в особенности их страшная гибель, до сих пор покрыта множеством тайн, вызывает споры в и порождает слухи.
Книга читается на одном дыхании, приближая к Романовым настолько, насколько это вообще возможно в известных рамках.
Исходя из названия ясно, что большая часть отведена именно княжнам. И это не случайно.
Союз четырех сестер всегда считался чем-то второстепенным, ведь предполагалось, что все основные события будущего великой державы будут связаны с судьбой долгожданного наследника, царевича Алексея. Но, если вы не помните историю, то из книги точно узнаете, что Алексей, к сожалению, был болен гемофилией. И даже сложись жизнь иначе, вряд ли смог бы взойти на престол.
Удивительно раскрыт характер каждой из сестёр. Что тоже важно, ведь, как правило, у всех на слуху только имя Анастасии, причем сильно романтизировано. А ведь последняя дочь Николая и Александры Федоровны была далеко не сахар.
Здесь про влюбленность в офицеров, самоотверженную работу в госпитале сестрами милосердия, быт, привычки и простые девичьи радости.
Книга художественная, но со множеством ссылок на исторические и архивные документы. К сожалению, большинство дневников княжны сожгли перед арестом, но автор, искренне симатизируя ОТМА, в то же время объективна. И это тоже плюс. Зарубежные авторы часто грешат свободомыслием, когда пишут о России.
У Раппапорт много фактического материала, малоизвестного широкой аудитории. Поэтому интересно будет как и тем, кто впервые познакомится с историей императорской семьи, так и тем, кому эта тема давно знакома.
Рекомендую. Потому что главная мысль, что я вынесла: хочу знать больше!7784