Дом з прывідамі

Если б я преклоняла колена, если б соблюдала обряды, эти древние причуды, только вас, незнакомые мне люди, - вас бы я обожествляла; если б я распахнула объятья, только тебя заключила б я в них, тебя привлекла к груди - обожаемый мир!

Лунные брызги
осыпают сад, мечутся под дождем. Но из окна струится ровный свет. Свеча
горит спокойно и ярко. Два призрака кружат по дому, распахивают окна,
перешептываются, боясь разбудить нас, ищут свою радость.

Раз она столько утаивает и столько знает, значит, надо вскрыть ее первым попавшимся инструментом - воображением.

Лучи
лунного света пугливо скользят по полу, по стене и, скрестившись, падают
на склоненные лица; они в глубокой задумчивости; вглядываясь в спящих, два
призрака ищут притаившуюся радость.

В глубине дома одна за другой с тихим стуком закрываются двери, точно
бьется сердце.

Смерть - это стекло; смерть разделяет нас

Там тьма пряла свою пряжу,
опутывала деревья, подстерегая заблудившийся солнечный луч.

"Тут, тут, тут, - тихо
выстукивало сердце дома. - Сокровище тут; комната..." Внезапно дом затих.
Значит, они искали сокровище?

"Зачем я здесь? Что ищу?" Руки мои пусты. "Может быть,
наверху?" Там, на чердаке, яблоки. И снова вниз; в саду все недвижно,
только книга соскользнула в траву.

Самое странное, что есть на свете, - это человеческое общение, подумала
она, настолько оно изменчиво, настолько лишено всякой логики, вот и ее
неприязнь превратилась в самую что ни на есть пылкую и восторженную
любовь, но только лишь слово "любовь" пришло ей на ум, как она его
отбросила, опять подумав, как непонятно то, что с нами происходит, и как
мало у нас слов для всех этих удивительных ощущений, этой смены боли и
наслаждения.