— Было любопытно, насколько хватит твоей жестокости.
Я сидела не шевелясь. Но видела перед собой не высокого красивого молодого человека, а маленького мальчика с мокрыми от слез глазами, державшего на ладошке мертвого птенца. Вороненок умер в своей чудесной клетке через три дня. Антон где-то похоронил его, я даже не знаю где. И вину перед нашими мамами взял на себя. Я, конечно же, плакала, а Тоша как мог утешал. Он сказал мне тогда, что на самом деле в гнезде сидели еще два птенчика и ворона не осталась одна. Но это ложь! Как и то, что я не виновата. Думаю, в конце концов он понял свою ошибку. Ему стоило не слезы мне вытирать, а потащить к тому дубу и показать, как отчаянно ворона-мать кружит над пустым гнездом…
Я не люблю вспоминать об этом. И не вспоминаю…