Разные оттенки смерти

Наше знание и наше чувство нередко две разные вещи.

– Я начинаю думать, что вы приносите несчастье, – сказал Габри. – Стоит вам приехать в Три Сосны, как здесь обнаруживается труп.
– А я думаю, что вы их специально привозите, чтобы мне не было скучно, – откликнулся Бовуар, тепло пожимая руку Габри, потом Оливье.

Надежда одного человека – это жестокость другого. Свет ли это или ложное обещание?

– Что заставляет тебя думать, будто мы так и не простили тебя? – спросила Клара.
– Ну, в первую очередь Рут.
– Да брось ты, – рассмеялась Клара. – Она всегда называла тебя тупоголовым.
– Верно. А знаешь, как она называет меня сейчас?
– Как? – спросила она с улыбкой.
– Оливье.

Люди меняются, когда у них нет выбора. Вопрос стоит так: либо ты умираешь, либо меняешься.

Но самому себе он не переставал задавать вопросы. Он знал, что время исцеляет. Но оно еще могло и наносить новые раны. Лесной пожар со временем способен сожрать весь лес.

Они жили счастливо. Но все же хотели большего.

Лучше подождать несколько минут и выслушать всю правду, чем поторопить события и узнать полуправду.

Господи, дай мне душевный покой, чтобы принимать то, чего я не могу изменить, мужество - изменять то, что могу, и мудрость - всегда отличать одно от другого.

Она смотрела куда-то вдаль. А потом он услышал далёкий крик. Знакомый крик. Рут обшаривала взглядом небо, её худая рука в синих венах сжимала у горла синий кардиган. Сквозь маленький разрыв в тучах проник луч солнца. <...> И в её старых, усталых глазах появились крохотные точки. Две искорки, мерцание.