Людовик. Архиепископ, вы находите этого Мольера опасным?
Шаррон (твердо). Государь, это сатана.
Людовик. Гм. Вы, значит, разделяете мнение Варфоломея?
Шаррон. Да, государь, разделяю. Сир, выслушайте меня. Безоблачное и победоносное царствование ваше не омрачено и ничем не будет омрачено, пока вы будете любить…
Людовик. Кого?
Шаррон. Бога.
Людовик (сняв шляпу). Я люблю его.
Шаррон (подняв руку). Он — там, вы — на земле, и больше нет никого.
Людовик. Да.
Шаррон. Государь, нет пределов твоей мощи и никогда не будет, пока свет религии почиет над твоим государством.
Людовик. Люблю религию.
Шаррон. Так, государь, я вместе с блаженным Варфоломеем прошу тебя — заступись за нее.
Людовик. Вы находите, что он оскорбил религию?
Шаррон. Так, государь.