Гонец из Пизы

В адмиральском салоне Ольховский отсчитал себе: «раз, два, три», мысленно попросил
прощения у Господа и родителей, встал и провозгласил:
– Аллах акбар!
В качестве тоста это вызвало замешательство обеих сторон. Российская сторона в
составе контр-адмирала и капраза из Управления флота округлила глаза и рты и впала в
некоторое затруднение. Синдбад подтвердил: «Аллах акбар», и серьезным выражением лица
дал понять, что это заявление слишком ответственно для тоста. А переводчик, парнишка
лейтенантских лет, вполголоса пояснил, что правоверные мусульмане вообще не пьют, и как
раз потому, что Аллах, который акбар, решительно против, так что упоминание его в дан-
ном контексте неуместно до предела; вообще же выпить можно, только тихо и после захода
солнца.
Реакция Ольховского была достойна Александра. Он кликнул вахтенного и приказал
играть спуск флага. Вахтенный с искаженным лицом отправился командовать «построение».
А Ольховский пригласил синдбада на палубу, где перед строем команды и объяснил через
переводчика, что на кораблях Российского флота ночь наступает тогда, когда спущен флаг, а
флаг спускается тогда, когда постановлено командованием и обычаем.

- Ты в Бога веришь?

• Вряд ли. Скорее нет.
• Откуда он взялся?
• По идее, он был всегда.
• Откуда ты это знаешь? Внимание: честный ответ.
• Гм. В общем, товарищи посовещались и решили.
• Именно! Посовещались и придумали. Занесли резолюцию в протокол: Бог есть. И что же они придумали? Они придумали его, а он, в свою очередь, для этого придумал их, то есть нас. Так что мы с Всевышним квиты. Он - нас, мы - его. Это называется дуализм. Правда, невосточному человеку это понять трудно. А если вполне серьезные люди, нас с тобой образованнее и даже, возможно, умнее, вполне допускают, что Бог - сам Бог! - существует лишь в нашем воображении, нет ничего логичнее допуска, что и мы, в свою очередь, существуем лишь в воображении Всевышнего. Как эйдос, скажем. Это как минимум справедливое допущение. И если между нами и Ним затесался какой-то, как ты называешь, "автор", - это абсолютно ничего не меняет ни в картине мироздания в принципе, ни в нашей с тобой жизни в частности; это его, "автора", как ты выразился, личное горе и личные сложности. А нам и своих выше крыши хватает.