Домби и сын

There was no light nonsense about Miss Blimber. She kept her hair short and crisp, and wore spectacles. She was dry and sandy with working in the graves of deceased languages. None of your live languages for Miss Blimber. They must be dead — stone dead — and then Miss Blimber dug them up like a Ghoul.

Mrs. Wickham was a waiter's wife, which would seem equivalent to being any other man's widow.

• У вас, кажется, есть сын? — спросил мистер Домби.
• Четверо их, сэр. Четверо и одна девочка. Все здравствуют.
• Да ведь у вас едва хватает средств их содержать? - сказал мистер
• Есть еще одна штука, сэр, которая мне никак не по средствам.
• Что именно?
• Потерять их, сэр.

... он всегда потакал тщеславию и честолюбию своего хозяина, тогда как его долгом было сдерживать их и объяснять - он мог бы это сделать, - к каким результатам они приводят.

Дом стал такой развалиной, что все крысы разбежались, и не осталось ни одной.

Что думает о нем светское общество, как смотрит оно на него, что видит оно в нем и что говорит - вот демон, не дающий покоя его мыслям.

Честное слово, мысли человека - настоящий железнодорожный узел! - сказал мистер Тудль.

...респектабельная смерть.

Она была такой злющей старой леди, что был соблазн предположить, не произошла ли какая-то ошибка в применении перуанских насосов, и не из копей, а из нее были выкачаны досуха все воды радости и млеко человеческой нежности.

Папа, что такое деньги?

Некоторые философы говорят, что эгоизм лежит в основе самой горячей нашей любви и привязанностей. Сынишка мистера Домби с самого начала имел такое значение для него, - как часть его собственного величия или (что то же самое) величия Домби и Сына...

— Вы красивая женщина, — пробормотала ее тень, глядя ей вслед, — но красота нас не спасает. И вы гордая женщина, но гордость нас не спасает. Нам нужно бы узнать друг друга, когда мы встретимся снова.

— Только вот это, — ответила женщина, показывая свой товар, но не смотря на него. — Себя я уже давно продала.
— Не верьте тому, что она говорит! Ей нравится болтать попусту.

Она не ответила ни слова. По выражению ее лица, отраженного в зеркале, он понял, что она не обращает на него ни малейшего внимания, как будто бы он был незамеченным ею пауком на стене, или жуком на полу, или, вернее, словно он был пауком или жуком, замеченным ею и раздавленным, после чего она отвернулась и забыла о нем, как забывают об омерзительных мертвых гадах.

Наш первый и последний искренний разговор кончен. Отныне ничто не может сделать нас более чуждыми друг другу, чем чужды мы сейчас.

— Я не питаю к вам никаких нежных чувств. Вы это знаете. Если бы я их питала или могла питать, вам это было бы безразлично. Знаю прекрасно, что и вы никаких нежных чувств ко мне не питаете. Но мы связаны друг с другом, и, я уже сказала, узы, нас соединяющие, опутывают также и других. Мы оба рано или поздно должны умереть. Мы оба уже связаны с умершими

Ежедневно и ежечасно вы давали понять мне и всем окружающим, что, по вашему мнению, союз наш является для меня высокой честью. Я думаю иначе и в свою очередь давала это понять. Вы как будто не признаете или (поскольку это в вашей власти) не намерены признать, что каждый из нас должен идти своей дорогой. Вместо этого вы добиваетесь от меня покорности, которой не дождетесь никогда.