Манящая бездна ада

Такая книга возникает на горизонте тогда, когда чувствуешь себя наиболее искушенным, избалованным и пресыщенным. Даже не стесняешься сказать себе, что берешь её в руки со знакомым чувством, будто сейчас будут в очередной раз показывать фокусы, секреты которых узнал ещё из школьных хрестоматий. Однако уже несколько страниц спустя оказывается, что тебя либо обманывают каким-то очень изощренным способом, либо замешана магия (странное ощущение, учитывая, что по меркам Латинской Америки магии в книге - 0 промилле). Невозможно ведь находить постоянно самые верные сочетания слов для всех возможных человеческих форм и агрегатных состояний. Вот опьяневшая женщина: "прикрыв глаза, предвкушала, должно быть, как её положат в гроб без предупреждения". У старика "голосок охрипшего от пьянства ребенка". Иногда хотелось захлопнуть книгу и, подобно Румпельштильцхену, вопить: "Это сам чёрт тебе подсказал!"

И если отдельные шедевры вправе выбирать, кому нравиться, то и подавно некоторым романам позволено самим решать, перед кем и в каком виде предстать. Я бы с удовольствием выслушала разные версии читателей о том, что происходит в романе "Короткая жизнь" - без общих фраз об экзистенциальных поисках мятущейся души. Не то чтобы в нём не было сюжета - сюжет есть, но обе линии описываются какой-то дико сложной формулой. Попробую затронуть только фундамент, завязку. Есть главный герой, который однажды выдумывает похожего на себя персонажа, доктора. К доктору приходит женщина (она объявляет, будто явилась из-за недомогания (но на самом деле, признается позже, хотела встретиться с сельским докторишкой (но на самом деле, признается еще позже, ей нужен рецепт на морфий) ) ). Сам главный герой однажды заявляется к соседке, с которой не знаком (и объявляет, что пришёл от её бывшего дружка (но на самом деле ... (хотя вообще-то он просто...) ) )

Герои, их жизни и взаимоотношения вызывают ощущение неряшливости, как будто у них одно стремление - утверждать собственное наличие в мире нарочито дурными стремлениями. Можно вообще представить, что смотришь какую-то побочную линию латиноамериканского мыла, неясную по ходу дела и не проясняющуюся в конце. Однако как-то выходит, что под пером Онетти выпивка, смена партнеров и ленивое желание кого-нибудь убить действительно превращаются в пресловутый экзистенциальный поиск. Если бы персонажи на секунду догадались, что они именно персонажи, наверняка их мыслью было бы: "мы переигрываем". Ну да. Бессмысленно, с заламыванием рук или, напротив, озираясь с высоты собственного цинизма - всё как в жизни. Иногда, чтобы сыграть натурально, нужно сыграть ненатурально.

Рассказам оставался контрольный выстрел. Отдельные напомнили "Nine stories" - когда понятно, как это сделано, но не ясно, зачем, - или наоборот. Для будущих читателей стоит, наверное, сделать пометку родительского контроля о том, что концентрация смерти, любви и сумасшествия здесь достигает характерных для южноамериканской литературы XX века значений. Самый дикий в этом плане - заглавный рассказ. Попробуйте. Эта прекрасно выписанная дикость - неплохая прививка от поднадоевшей дикости нарочно грубых современников. Что касается меня - всё целиком и каждую из 500 страниц отдельно - в избранное.

..а я все хожу и пытаюсь переварить свои ощущения от Онетти. Картинка не складывается неделю. Сегодня решила: к черту этот паззл, попытаюсь разобрать его хотя бы на отдельные горсточки - если я не сделаю это сейчас, я вообще этого не сделаю. У меня редко такое бывает - ощущение полной ударенности по голове чем-то тяжелым и пыльным. Обычно каждая книга занимает в голове четко отведенное ей пространство, обрастает тегами для внутреннего пользования, и я всегда могу с легкостью ответить на самый важный вопрос: понравилось?.. Онетти не вписывается. Никак и никуда.

Мир этой книги - романа, рассказов - практически классический мир Латинской Америки, знакомый по книгам Маркеса, Пуига, Борхеса, Кортасара (особенно Кортасара). Дансинги, бурные реки спиртного, комья сигаретного дыма в воздухе, небрежные жесты, истеричные женщины, пьяные выкрики, блуждание по ночным подворотням.. взгляды, в которых - страсть, боль, безумие, одиночество (иногда одновременно). Одиночества, пожалуй, больше всего. Концентрат. Принимать малыми дозами. И вместе с тем во всем этом есть какая-то мрачная ирония, как усмешка висельника. Сюжет на этом фоне вообще особо не важен, да его порой как такового и нет, а если и есть, то настолько запутан, что мне даже не стыдно признаться: эта книга оставила мне гораздо больше вопросов, чем дала ответов.

Роман "Короткая жизнь" понравился меньше, в вот рассказы прекрасны. Для себя отмечу: "Другой, придуманный Бальди", "Добро пожаловать, Боб!" и "История рыцаря Розы и беременной девы из Лилипутии". Хотя.. вот стала просматривать содержание и поняла, что практически каждый чем-то зацепил - игрой слов, точным образом, общим настроением.. Онетти - настоящий виртуоз и Мастер. Часть дифирамбов отнесем и на счет переводчиков.

Ну и, как говорят англичане, the last, but not the least.
Хочу сказать спасибо людям, без которых наше знакомство никогда бы не состоялось: youkka , которая посоветовала эту книгу в прошлогоднем флэшмобе (2010), и astrojuggernaut , которая мне ее подарила.

Ох уж этот Маркес, скажу я вам! Что? При чем тут Маркес, если книгу написал Онетти? Да ведь все проще простого! Именно Маркес, с которого у меня началось знакомство с латиноамериканской литературой, задал тон моим ожиданиям, чем подложил мне немалую свинью. Ведь с ним больше никто сравниться не может, хотя от всех я (сама виновата, знаю) жду чего-то не менее выдающегося.

И вот Онетти, например, был бы совершенно неплох, мог бы даже понравиться. Ведь у него есть эти прелестные кочующие из произведения в произведение герои, которые то ли живут во сне, то ли видят сны о жизни, есть эта расслабленность во время сиесты, которая незаметно растягивается на весь день, на всю жизнь, лишь иногда прерываясь ради вспышек странной и ничем не оправданной страсти не к тем, не там и не тогда.

И все же, все же... Несмотря на то, что почти все произведения в этой книге - рассказы, они неимоверно затянуты. Более того, основное ощущение, которое возникает при чтении, это то, что автор рассказывает о чем-то несущественном, неважном, а важное происходит вот тут, рядом, но о нем сознательно умалчивают, делая это умалчивание неким уже признаком авторского стиля.

Итак, плоха ли книга? Нет. Однозначно нет. Понравилась ли она мне? Тоже и так же однозначно - нет. Рекомендую ли я ее другим? Скорее нет, чем да.

В «Короткой жизни» внезапно слишком много суеты, мельтешений, интрижек, связей, несвязей, беготни, излишеств, недомолвок, каких-то несуразных навязываний нитей в плане всевозможных отношений. Много воображаемых двойников, удалённых левых грудей, усиленных в 15 раз чувств; любое, в общем-то, имеющее место в каждодневной жизни размышление или представление подаётся здесь так, будто оно напрочь вытесняет всё остальное, смазывает весь мир. Тем не менее, написан роман скорее любопытно – и стиль, и композиция сравнительно красивы и занятны. Встречаются просто чудесные моменты (некоторые размышления, описания – Онетти особенно хорош при описании каких-либо состояний, всего застывшего), но они оперативно перебиваются диалогами и ломаными сюжетными линиями санта-барбарианской направленности, которые лично у меня вызывают желание перевернуть страницу, пропустить главу, взять другую книгу. Композиция крайне мудрёная и путаная – даже не так, как во многих других латиноамериканских романах, а ещё более завёрнуто: одна линия обрывается и сменяется другой, и при не очень внимательном либо задумчивом чтении всё это идёт раздражающим фоном. Хочешь подстроиться под этот роман и понимаешь, что незачем. Вместе с тем, подобная неуютность скорее подкупает: хочется всё распутать и понять, уяснить и раскусить даже несмотря на то, что сам по себе роман не вызывает такого желания – но по мере приближения финала становится ясно, что это, в целом, лишено особого смысла, если только роман не втянет в себя по каким-либо сугубо личным читательским причинам. И чем ближе последние страницы, тем больше хочется просто поплыть по течению, не ныряя – к концу всё порядком сгущается и становится мощнее, крепче. В некоторых посвящённых самокопанию пассажах Онетти несколько изменяет чувство вкуса – ощущается что-то искусственное, притянутое за уши, бессмысленно чрезмерное, раздражающее.
Впрочем, это всё – ворчание, а роман стоящий, интересующимся латиноамериканской литературой (в особенности тем, кто любит «О героях и могилах») стоит прочесть хотя бы для ознакомления. В идеале, у каждого есть такие книги, которые кажутся недопонятыми (такое ощущение, что никогда не поймёшь и не въедешь не столько из-за глупости, сколько из-за вкусовых, личных причин), но вызывают уважение и стойкий интерес на дистанции.
При чтении некоторых глав «Короткой жизни» (особенно при переходе с одной на другую) возникает мысль о том что Онетти больше тяготеет к малой форме, что его рассказы, должно быть, более сконцентрированные и действенные. Так и есть – они действительно производят более приятное впечатление, причём именно тем, за счёт чего оказывает действие любой хороший рассказ. Разнообразные, вбивающиеся в голову, лишенные какого-либо «местечкового» колорита и прочих наростов, скребущие по нервам и доставляющие удовольствие, они определённо достойны сравнения с лучшими рассказами, к примеру, Биоя Касареса, Варгаса Льосы, Арльта, местами – Рульфо. Рекомендации соответствующие.

Ох. Ну вот не знаю, обычно мне нравятся латиноамериканские авторы, но в этот раз прямо совсем тяжело.
Не бросила сразу только из-за ностальгии (если можно так выразиться после разовой поездки) по Байресу. Все вот эти вот улочки, когда читаешь и живо представляешь, где это - оно греет.
Потом события переместились в Санта Марию и стало совсем тяжело.
Сборник рассказов, объединенный разве что местом и общей какой-то тоской, что ли. Очень тяжело продираться сквозь это мутное и тягостное нечто, обволакивающее всех персонажей до единого. На женщине с козлом чуть не тронулась крышей)
В общем, дочитать - дочитала. Рискну ли когда-нибудь на вторую книгу - не уверена.
Очень в духе Латинской Америки, очень верю, но даже при моей любви к ней (Латинской Америке, в смысле) и Буэнос-Айресу - очень тяжелое для меня чтение.