Агамемнон

"По делам и награда, по славе и честь." (с)

"От дурного дела
Плодится множество дел дурных." (с)

Молчу об остальном. Пятою тяжкою
Стал бык мне на язык. Когда б вот этот дом
Заговорил, то все б сказал. Мои ж слова
Несведущим темны, понятны сведущим.

Нам боги на старости лет
песенный даруют дар и слова могучую силу.

Не насытится счастьем никто из людей,
И никто не поднимет пред домом своим
Заградительный перст, чтобы счастью сказать:
"Не входи, неуемное. Хватит".

Вот глядите, бессмертные дали царю,
Сокрушив Илион, возвратиться домой,
Насладиться почетом и славой.
Но теперь, если должен он кровь искупить,
Если должен за тех, кто убит, умереть,
Если смертью за давнюю платится смерть,
Кто назвать бы осмелился счастье свое
Неизменным, природным, надежным?

Арес-меняла всегда весы
С собою носит, затеяв бой,
Берет он трупы, взамен дает
Не золотой песок, а золу
С пожарищ Трои - любимых пепел.

Неотступно память о страданье
По ночам, во сне, щемит сердца,
Поневоле мудрости уча.
Небеса не знают состраданья.
Сила - милосердие богов.

Не всякий удаче чужой
Улыбается с чистой душою.

Хваст­ли­во сча­стье; горе не тще­сла­вит­ся.

Эгисф
Откуда голос? С ниж­ней, для греб­цов, ска­мьи!
Мы корм­чие, на палу­бе, и пра­вим бег.
Знай, ста­рец, — хоть и труд­но ста­ри­ку взять в толк
Урок полез­ный, — дан при­каз: «скром­нее быть».
Ногам — колод­ка, чре­ву — голод: два вра­ча,
Безу­мие целя­щих, и на стар­цев есть.
Раз­мыс­ли — сам увидишь. На рожон не при!
Напо­решь­ся — от боли замы­чишь, как бык.

Что вершится, свершиться тому суждено:
Ни соленые слезы, ни жертвенный дым,
Ни вино возлияний - ничто никогда
Не погасит священного гнева.

И муже­ство с отча­я­нья — не муже­ство.

Люби­ла ль нас отчиз­на, как отчиз­ну мы?

Зевс, мне при­бе­жи­ще, сни­мет еди­ный с души скорбь,
Отже­нит от серд­ца страх.

Иди, иди, ярма отведай рабского.

Но овец своих знает хороший пастух,
И легко различает испытанный глаз,
Где вино неподдельное дружеских чувств,
Где вода подслащенная лести.

Кто столь доверчив иль обижен разумом,
Чтоб загореться, увидав огонь?
Надежда вспыхнет и погаснет,
А в сердце остается боль.

Почив­ших упо­ко­ил непро­буд­ный сон.
Им отдых мил; охоты нет из гро­ба встать.
Не горе­стен удел отшед­ших: бла­го им!
Гнев рока скор­бью новой не постигнет их.
Ска­зать про­сти всем бед­ст­ви­ям — завид­ный дар!

Людям бить сподручнее лежачего.

Глядите! Тенью бледною сидят вот здесь,
У дома, дети, кровными убитые
И кажется, в ручонках сжали мальчики
Своё же мясо - потроха, кишки свои.
А их отец - о, горестное пиршество!-
Растерзанные внутренности в рот суёт.