Цитаты из книги Сахарная королева

Нельзя прощать только потому, что другого выбора, как ты считаешь, у тебя нет. Это уже не прощение, это капитуляция.

Ничто не способно так разнообразить скучный день, как небольшой взлом с проникновением.

Чтобы понять, как правильно строить отношения, нужно знать, как их строить неправильно.

Иногда боль лучше ни с кем не делить. Иногда лучше справляться с ней в одиночку.

— Если я в чем-то и уверена, то только в одном: еда делает жизнь приятней, во всяком случае, пока не закончится.

Снежные королевы не ломаются. Их можно лишь расстопить...

Ты поразишься, с какой легкостью начинаешь делать некоторые вещи, на которые, как тебе казалось, не пойдешь никогда, стоит только сбросить со счетов самоуважение.

Он улыбается с таким видом, как будто ни о чем не подозревает, как будто понятия не имеет, что держит твое сердце в своих руках и что ты не можешь без него жить.

«Такие уж мы, девушки: когда мы любим, то отдаем все, что у нас есть».

Мы даже ради спасения собственной жизни не способны приказать что-то своему сердцу.

Книги могут иметь власть над людьми

"...самая главная составляющая любого чудодейственного снадобья - это вера."

Книги хороши, когда хочешь развлечься занимательной историей или научиться карточным фокусам, но что они представляют собой на самом деле? Это ведь просто бумага, нитки и клей. Они пробуждают эмоции, поэтому люди чувствуют родство с ними. Но сами книги не способны испытывать эмоции. Им неведомо, что такое предательство. Им не дано испытывать боль.

Джози посмотрела на пакет. Если она съест этот сэндвич, то почувствует себя лучше. И хуже одновременно. Это была знакомая дилемма. Ничто в ее жизни не было просто и однозначно хорошо для нее. Интересно, такое вообще возможно?

Она со вздохом подошла к Делле Ли, уселась на пол перед шкафом и открыла пакет.

Если бы Делла Ли была конфетой, то непременно кисло-сладкой карамелькой. Не твердой, как камень, об которую можно сломать зубы, а с вязкой начинкой, которую нужно усердно жевать, пока слезы не брызнут из глаз, а губы против воли не растянутся в улыбку.

В теперешней ситуации он не знал, что ему делать, и потому не предпринимал ничего. Это же безопаснее всего, разве нет?

Это был самый восхитительный поцелуй за всю историю первых поцелуев. Он был сладкий, как сахар. И теплый, как пирог. Весь мир распахнулся мне на встречу, и я провалилась внутрь. Я не знала, где нахожусь, и мне было все равно. Мне было все равно, потому что единственный человек, который для меня важен, находился рядом.

По пути он вновь оказался в центре стайки возбужденных подвыпивших женщин.

• Без паники! - донесся до него возглас Адама - Они чуют твой страх.