Цитаты из книги Тріумфальна арка

Дешево только то, что носишь без чувства уверенности в себе..

Дёшево только то, что носишь без чувства уверенности в себе.

Можно ли вообще что-нибудь удержать, кроме иллюзии? Но разве недостаточно одной иллюзии?Да и можно ли достигнуть большего?

Не лги, не лги! Говори только правду! А скажи вам правду - и вы не в силах вынести ее. Никто ее не выносит!

"Доброта придаёт человеку силы, если ему трудно живётся."

Как ни странно, женщина эта внушала к себе своеобразное уважение. Ее нельзя было назвать железной, как выразилась Люсьенна; но что гораздо хуже - она была резиновой. Железо можно сломать, резину - не сломаешь. Ей решительно невозможно было возражать.

А кому нужна бережливость? Тебя ведь тоже никто не бережет

Здесь каждого можно купить. Продажный народец. Нам известно почти все, что мы хотим знать. И почти не приходится заниматься активной разведкой. Сами доставляют всю информацию. Прямое следствие многопартийной системы. Каждая партия продает остальные, а заодно уж и родину. Измена родине как своеобразная разновидность патриотизма.

Только мечта помогает нам примириться с действительность.

Опять эта проклятая раздвоенность-делаешь одно, думаешь о другом.

И тут любовь. Вечное чудо. Она не только озаряет радугой мечты серое небо, она может окружить романтическим ореолом и кучку дерьма.

Самый легкий характер у цинников, самый невыносимый - у идеалистов.

Тоска по оставленному или покинувшему нас человеку как бы украшает ореолом того, кто приходит потом. И после утраты новое предстаёт в своеобразном романтическом свете. Старый, искренний самообман.

Когда умираешь, каким-то необычайно значительным, а пока жив, никому до тебя нет дела.

У нее было лицо ангела с картины Боттичелли, но изъяснялась она на жаргоне улице Блондель

Да и что горит лучше на костре чувства, чем сухой цинизм – это топливо, заготовленное в роковые тяжелые годы?

"...Дай женщине пожить несколько дней такой жизнью, какую обычно ты ей предложить не можешь,и наверняка потеряешь ее. Она попытается обрести эту жизнь вновь, но уже с кем-нибудь другим, способным обеспечивать ее всегда ...."

Ни один человек не может стать более чужим, чем тот, кого ты в прошлом любил, устало подумал он.