Лужа была большая, но неглубокая. Она всегда образовывалась на заднем дворе после ливневых дождей, но всегда высыхала быстро. Иван Сидорович остановился, снял кепку.
«В каком же году я вот точно так же через лужу свою Марфушу нес? – попытался вспомнить он. – Мне тогда было двадцать два, а ей восемнадцать. Значит, двадцать девятый год! И с тех пор с этой лужей нет сладу. – Иван Сидорович внутренне возмутился: – Нужно поставить вопрос на фабкоме и перед дирекцией. Неужто гудрона на фабрике нет или плит бетонных?»
Доронин неторопливо, вглядываясь под ноги, обошел лужу. Потом обернулся назад. Лужа смотрела на него дружелюбно и ласково, как старая знакомая.
«Может, пусть себе живет? – смягчился он. – Может, пусть по-прежнему ребята через нее на руках девчат носят, а?»
Ваша оценка
2 понравилось
