Цитаты из книги Борьба за несуществованье

Шестью свечами сумрак упоен И жирандоли хрустали дробятся… И много раз твоей рукой продлен Аккорд, с которым сладостно сливаться.

Он будет полон нежности иной, Ты сколько бы его ни повторяла… И нотная калитка над роялем Раскрыта в сад безмолвный и ночной…

День отошел торжественно простой… Он был как все - велик, как все ничтожен… И под его бессмертною чертой Нет ничего и быть уже не может…

На некрасивых девушек и женщин, Друзья, смотрите проще и нежней. Мужчины любят их слабей и меньше, Им чистый взгляд дороже и нужней…

А всех одетых бедно, не по моде, И всех немного слишком старых дев Пускай ваш взгляд прелесными находит, Обняв, ощупав, обласкав, раздев…

Нет сил в восторге онемелом Очарованье превозмочь, - Рисует Зодчий черным мелом На бледном небе эту ночь.

Он пятнами закатных туч Прозрачность дали заменяет И тенью смутной затемняет Последний отраженный луч.

И вот - и сумрачно, и плотно, Висят средь вечной немоты Небес огромные полотна С изображеньем темноты.

Не покидай устами поцелуй, Он к нам протягивает наши руки, И радугой сияет смертных струй - Твои уста нужны моей разлуке…

Мои уста истлеют без твоих. Вдали моих уста твои истлеют. И лишь в устах полураскрытый стих Лобзания любви запечатлеет…

Уходит в землю глубоко скамья И в небо высоко врастает урна. О, всё нежнее камни бытия, Их тяжесть всё воздушней, всё лазурней…

Я чувствую средь мёртвой тишины Утешенность земного разрушенья… И прошлого ещё не сочтены Не только годы - краткие мгновенья…

Есть час, когда лишь прутья шалаша - Шурша - не пропускают воду. И, обнаженная, идет душа Под ветхие укрыться своды…

И дождь умолк… Биенье двух сердец С шуршаньем трепетным звучало… И радуги божественный конец Сливается с любви началом…

Природы клавиши - как молчаливо - Как глубоко - лежат у наших ног, - Их можно сжать в гармонии комок И бросить в грудь гармонии счастливой…

Страна, не знающая снега. Нехристианская страна. Сияющей суровой неги Не все достойны племена.

Меня к Стране уносит неизвестной… Уже не видя берегов своих, Зову на помощь море сил небесных…

Но чем я дальше в слабость ухожу Тем горизонт прекраснее и шире, И помощь неземную нахожу, Не в звуках лиры, а в умолкшей лире…

Бедна та грусть, в которой нет песка, Грусть глубока в бесчисленности плоской, Как волнами прибитая доска, На мокрые полосочки, полоски.

Она легла… Одна, ни с кем другим Не в силах на полосочки делиться, Ей сладостно единством дорогим Над плоскостью бесчисленною длиться.

Как дети, что бежали на песок И вдруг упали в море - волны моря Упали… И подняться им помог Прилив тоски над глубиною горя…

Прилив помог, как плач детей, поднять Плач горьких волн, но плачет вся бездонность, Которую утешить и обнять Не может в час прилива вся влюбленность…

Потоки мощные воды На землю проливает небо - На плодоносные сады И на поля златые хлеба.

И русла наполняет рек… А возвращает к щедрым сводам Неблагодарный человек Твою единственную воду…

Не воздвигайте мне креста - Воздвигните струю фонтана, И пусть струя лиется та… Ни вслушиваться не устану.

Ни зреть из мрачной темноты, Из безотрадного бессмертья, Как славословит с высоты, Как воздух в ликованья чертит…

Ночь - женщина, мужчина - день, Но есть часы - гермафродиты… Вот этот час: ни свет, ни тень, В нем нежность и суровость слиты…

Вот этот час: двуполый он, Ни темен и ни светел воздух… Не спишь, не созерцаешь сон, Лежишь, но утомляет отдых…

В твоих объятьях можно умереть От нежности, как от туберкулеза. И на лицо твое смотреть, смотреть, И улыбаться слабо и сквозь слезы…

Не бойся же меня руками сжать - Просторно мне, как выпущенной птице, Душой в твоих объятьях возлежать, А телом тихо к небу возноситься…

Ребенок, ушибившись, плачет И трет синеющий ушиб, Но что удар смертельный значит Для тех, кто столько раз погиб,

А мать ребенка утешает И на руки его берет, Но что же значит боль большая Для тех, кто столько раз умрет…

Твой воротник, как белые стихи, И смокинг твой, как чистовик рассказа. А я одет… Ах, брюки так ветхи И мой пиджак не сделан по заказу…

Я осмотрел твой шкаф и твой комод, И мы стоим перед зеркальной дверцей… Ты - милый франт, а я - почти урод. И старомоден, как цветы и сердце.