Дети Солнцевых

Социализированным быть необходимо, но от зависимости от общества нужно избавляться. Именно при придерживании такой позиции удается сохранять и поддерживать баланс, заключающийся в умении настраивать контакты с другими, но при этом не терять себя самого. Всегда были, есть и будут, противоречивые и доносящиеся со всех сторон требования к человеку - быть таким, не быть эдаким, делать то и не сметь иного: другие считают, что знают лучше. И если прислушиваться к другим, а не себе, можно докатиться до того, что от перекраивания однажды останутся лишь лохмотья, в которых никогда не удастся узнать того, кто в этот социум когда-то входил. Сохраняйте дистанцию - психологическую: недаром мы одни рождались, одни и уходить будем)

Аннотация к этой истории обещает нам, что Кате пребывание в институте поможет развить характер и стойкость, а вот Варя превратится в отчаянную сорвиголову и шалунью. Однако, до восприятия этих слов, оказывается, необходимо разузнать ценности того, кто нам сообщает - поскольку я наоборот увидела в девочках проявление характера, индивидуальности, самости у Вари, защищающей свои права, и смиренность, граничащую с терпильством, жизнь во имя долга и вины кому-то и перед кем-то у Кати. Малышка, попав в условия несправедливости, когда против нее ополчилась за позволение себе девочкой быть живой и настоящей, являться собой пепиньетка Бунина, помощница педагога, неправильным, конечно, путем, но что можно хотеть от маленькой девочки, отстаивала свои границы, защищалась от несправедливых нападок, жестокого отношения, неоправданного ограничения свободы личности и существования. Старшая же сестрица не вспоминала не только о себе - неправильный, но все же ее выбор, но и о ком-либо как человеке - жить по ее меркам нужно только так, чтобы не расстроить маму (которой плевать уже, как мы поняли), не нарушить правила, не повести себя так, чтобы этим выделиться из других. Это не сдержанность у Кати, не проказничество у Вари - это боязнь не справиться, высунув свой нос в люди, у старшей и корявые, но все же благие, намерения-попытки сохранить себя младшей. Без ошибок человека не бывает, а идеальные - все ненастоящие.

По идее, "Дети Солнцевых" должны были быть книгой об особенностях воспитания в женском институте, сдобренных жалостью к сироткам (хотя мать и жива, она отсутствует в их жизни), но как-то не до быта и обучения было, когда читались строки о непродуманности педагогического состава, в котором кое-кто откровенно не умеет не просто найти верный подход к детям, а и вообще общаться с ними (отдельно обсуждать Бунину не хочется, как и безразличную Елену Антоновну - осудить бы их), об отсутствии родительства в тех, кто произвел на свет девчонок, о попытке выжить (в психологическом смысле) Вари и том, как сдалась Катя. И, главное, о том, как сквозит в строках поддержка именно старшей сестры поведения в качестве единственно верного, одобряемого и почему-то считаемого добродетелью.

Эх, хорошая книга, с удовольствием прочел. Грустно стало. Как быстро все может рухнуть: вышла Нева из берегов - не стало счастливой семьи, судьбы уцелевших съехали на новые рельсы. Лучше или хуже все сложилось - как знать. Одно радует: до революции еще далеко, эти девочки Солнцевы смогут прожить нормальную жизнь.
Удивило, что история с украденным платком так и не получила логичного завершения. Обычно в книгах такого рода виновные рано или поздно каются. Но, похоже, характер малютки Вари все же прошел через точку невозврата. Мне кажется, что писательница как будто свой старый грех искупает, когда описывает все это. Ну что же. хоть так...
А в целом добрая и по нашим временам наивная книга. Потому и затянула, что хотелось отвлечься. В общем, грустно все это, господа...

Втянуться в эту книгу мне было тяжело. В основном из-за стиля: слог очень тяжёлый, предложения "ветвистые", громоздкие и перегруженные. К такому мне было тяжело приноровиться, постоянно мысль соскакивала и не получалось уследить за общим содержанием предложений. Ко второй главе привыкла, конечно, но вот это вхождение смазало впечатление.

История сестёр Солнцевых понравилась мне больше, чем «Весёлые будни» Веры Новицкой , «Институтки» Надежды Лухмановой или «Записки институтки» Лидии Чарской , потому что здесь картинка была нерафинированная. Не было всё идеально, чинно и благородно. Были свои проблемы, о которых писательница не побоялась сказать. Наказания, подлости, выходящие за рамки проступки воспитанниц - всё подано без прикрас.

Что ещё не понравилось - смазанная последняя глава, где "галопом по Европам" повествование рвануло вперёд, как будто больше ничего с героинями и не случалось. Такой скачок от плавного и неторопливого рассказа к «А потом прилетели орлы и унесли всех домой». Не совсем этот рывок понимаю.

В целом впечатления положительно-нейтральные.

Прочесть - и изредка вспоминать.

ВО-ПЕРВЫХ, не дети Солнцевых, а сёстры Солнцевы – Варя и Катя. Домашние девочки со своими недостатками, не выходящими за пределы норм человеческого общежития, попадают в замкнутый мир Павловского девического института. Отныне жить, учиться и духовно формироваться им предстоит именно здесь. И если с образованием и материальной базой вопрос худо-бедно, для них решился, то с формированием всё сложней, ибо оно целиком и полностью зависит от педагога.
ВО-ВТОРЫХ, повесть правильней было бы назвать «педагогической поэмой». Сама столкнувшись с пансионной системой воспитания, Кондрашова резко критикует её в первую очередь из-за отсутствия воспитания как такового. И рисует перед читателем образ идеального педагога – к которому отправляет одну из сестёр, в сопоставлении с педагогами обычными, к которым отправляет другую.
А что такое девический институт в его нормальном состоянии по Кондрашовой?
А это когда есть учителя, но на то, ЧТО могут вынести из уроков воспитанницы, ВСЕМ ПОФИГ. И – теоретически – девочка может учиться отлично. А может и вовсе остаться на второй год. НЕТ, МОЖНО, КОНЕЧНО, объяснить, что само попадание в Институт даёт шанс на образование – а он в ту далёкую эпоху был не у всех. Что уже сам факт такого попадания – суть дорогое удовольствие именно в материальном плане. Что даваемые знания пригодятся при будущем трудоустройстве… хотя бы в гувернантки. Что важно, ибо далеко не каждая воспитанница является дочерью миллионера. НО… НЕКОМУ.
Это когда есть пепиньерки и классные дамы, следящие за воспитанницами. Но на то, КАК они следят и НАСКОЛЬКО подходят для занимаемых должностей, ВСЕМ ПОФИГ. Так что забыть ключ от раздевалки, те самым лишив девочку возможности прогулки, ни за что ни про что наказать или, наоборот, вознаградить, заводить в классе своих любимчиков (парфеток) и нелюбимчиков (мовёшек) – это запросто. Интересно, что в парфетки можно попасть не столько за прилежание и примерное поведение, сколько за возможность понравиться конкретному человеку. В остальном же воспитанницы предоставлены сами себе. НЕТ, МОЖНО, КОНЕЧНО, чётко установить систему требований и строго взыскивать за нарушения как с воспитанниц, так и с пепиньерок, а в наиболее вопиющих случаях доводить сведения до вышестоящего начальства. А одновременно избегать мелочных придирок, вникать во все нюансы жизни воспитанниц, подыскивать ключик к их сердцам, добиваться своего, не прибегая к унижениям и запугиваниям, а растолковывая, для чего то или иное действие объективно необходимо. НО… НЕКОМУ.
Это когда есть традиции. Но РАЗУМНЫ ли таковые – БОЛЬШОЙ ВОПРОС. В первую очередь это касается традиции обожания. Которая дегенеративна с виду – раз, провоцирует на идиотские поступки – два и может развить дурные инстинкты – три. Сильно подозреваю, что такой неприятный персонаж, как Бунина, во многом сформирована как раз традицией обожания. НЕТ, МОЖНО, КОНЕЧНО, ввести другие традиции. Например, традицию ведения дневника. Или традицию благотворительности, а заодно рассказывать, что не всем в этом мире повезло. Или традицию работать руками. НО… НЕКОМУ.
В-ТРЕТЬИХ, Кондрашова подходит к этой истории с позиции реалиста. А с этой точки зрения, представьте, находится идеальный педагог, которому, ВНЕЗАПНО НЕ ПОФИГ. С недюжинным талантом воспитателя, трезвым взглядом на жизнь и желанием принести пользу.
Вот только одному педагогу, а точнее сказать классной даме, не под силу взять – и резко изменить сложившуюся за века систему. Посему, хотя начальство и прислушивается к её мнению, поскольку ценит как незаменимого работника (и по ходу – единственного, кто там вообще работает), для коллег – она в лучшем случае «невозможная педантка», а в худшем – корыстная интриганка.
А для воспитанниц посторонних классов – однозначная «внучка Торквемады» или попросту «чёртова внучка». Потому, что – и это тоже реальность, если некому вправлять мозги, мозги сами по себе на место не встанут. И если они видят, что можно вовремя подольстится к руководству, делая затем всё, что вздумается, они именно это и станут делать. Поскольку до мыслей о будущем они в силу возраста и недостаточной социализации (среда-то практически закрытая) попросту не доросли.
Ну и последнее. В рассказах об институтах часто бывает так, что наступает переломный момент, и неисправимая до того мовёшка вдруг перерождается в образцовую парфетку, а вредная педагогиня горько кается о том, что была несправедлива к бедной крошке. У Кондрашовой такового нет, и что вбивалось месяцами, за один день не уйдёт. Интересно, что она написала ещё продолжение «Юность Кати и Вари Солнцевых», так вот там Варя вроде как очень плохо кончает…

Возможно, это иллюзия, но у меня создается ощущение, что зарубежные романы про школы для девочек несколько более разнообразны, чем творчество отечественных авторов начала XX века. Иногда очень сложно отделить один роман от другого. Кажется, что разница только в процентном соотношении пепиньерок, обожаний, верной дружбы и несчастий.
История сестер Солнцевых несколько отличается тем, что здесь есть очень интересные типажи преподавателей. Хотя большинство из них вообще не заинтересованы в детях. Единственный нормальный педагог - мадемуазель Милькеева, но эпизодов с ней в книге, к сожалению, не так уж много. А она практически идеальный педагог, с моей точки зрения. Во-первых, у нее есть определенная цель и ее действия направлены на достижение этой цели. Она умеет объяснить, почему она поступает именно так и для чего это нужно. Во-вторых, она готова конструктивно помочь в сложной ситуации. Не сделать за ученицу, а научить, подсказать, как лучше получить результат. Гораздо больше внимания уделено мадемуазель Буниной, что, конечно, добавляет некоторую динамику в эту историю, но удовольствия от этого не получаешь.
В целом по произведениям такого рода складывается довольно печальное впечатление о женских институтах. Теоретически это должен был быть способ для женщины получить профессию и определенную самостоятельность. Фактически же получается, что основная польза была в пристройстве девочек, которых не было возможности воспитывать дома, со всеми вытекающими последствиями интернатской жизни. Если повезло (попали к в группу к даме типа Милькеевой), то возможно получится что-то толковое, если нет - при всем разнообразии вариантов положительных исходов не так много. Зато хороший материал для оценки развития образовательной системы за последнюю сотню лет.
Не могу сказать, что Катя однозначно положительный персонаж, а Варя отрицательный, хотя автор пытается убедить читателей именно в этом. Просто Катя лучше вписывается в систему, где не приветствуется проявление индивидуальности, а покорность является лучшей добродетелью. Варя же пытается бороться с несправедливостью теми способами, которые ей доступны. Ну а потом в дело вступает уже привычка. В итоге имеем яркий пример отрицательного эффекта воспитания по принципу "боремся с результатом, а не с причиной".
Книга оказалась любопытной с точки зрения анализа педагогических тенденций того времени, а вот в качестве отражения "девичьего мирка" довольно стандартна.
PS. Можно еще порассуждать о старшем поколении Солнцевых. Там тоже есть интересные моменты. Но это будет немного другая история.

Во время наводнения у большой семьи Солнцевых погибает глава. Дети остаются без отца, жена — без мужа, и все они временно живут у соседей. Девочек из семьи отправляют в Павловский институт, и именно о том, как они пытаются там прижиться, основная часть этой книги.

У нас есть две девочки: Катя, которая настолько принимает систему, что в какой-то момент кажется, что она перестала быть главным персонажем.
И Варя, которая сразу начинает упираться и создает себе врага в виде пепиньерки. И та ей отвечает.
И эта война семилетней девочки с уже взрослой барышней кончается, в принципе, закономерно: Варя от вполне справедливых ответных реакций переходит к членовредительству.
И... эта линия ни к чему не приводит, хотя по законам жанра Варя должна была покаяться и извиниться. И даже не смотря на то, что линия заканчивается ничем, в какой-то степени это круто! Потому что автор показывает, что не всегда все кончается покаянием.

Небольшой вопрос к названию: почему «дети», если тот же Лева почти не фигурирует в книге почти. Логичнее было бы назвать книгу «Сёстры Солнцевы» или как-то так, потому что речь всё-таки больше о них.

Классический роман об институтках.
У небогатой, но работящей и дружной семьи погибает (конечно, трагически и героически) отец. Мать впадает в лихорадку и беспамятство (как-то раньше у всех очень часто развивалась "нервная горячка"). Двух сестер отдают в интернат.
И дальше мы видим, как они там адаптируются, заводят дружбу и вливаются в коллектив.
Понравилось, что в этой книге нет переизбытка сахара и уменьшительно-ласкательных окончаний, как в романах Лидии Чарской, например:)
Понравилось, что героини не картонные и получают развитие. Что нет излишнего морализаторства.
Конечно, многовато религии, но без этого в те времена никуда.
Одна из любимых героинь - конечно, Марина Федоровна. Такая прямо вот идеальная преподавательница.
Непредвзятая, неравнодушная, рациональная. Не знаю, существуют ли такие в природе на самом деле:)
Жутко было читать о том, как детям накручивали волосы на папильотки, и как это больно и неудобно, и девочки потом не могли спать, но "кто хочет быть красивым, должен страдать", господи, какой же маразм...
Про отношение к качеству получаемых знаний, "обожания", бытовые условия и прочее - не ново для меня, во многих романах по данной тематике это встречалось, лишний раз просто утвердило картину того времени и места в моих глазах.
Уже в финале покоробил этот момент:
"А моя-то красавица все хорошеет! - не раз говаривал Андрей Петрович про Варю, возвратившись из института. - Что за глаза! Огонь! Какие волосы, зубы!

• Варя хороша, - говорила на это Александра Семеновна, - но я не сравню ее красоты со спокойной красотой Кати, в каждой черте ее столько благородства, столько породы, если можно так выразиться. <...> да и потом цвет лица Вари никогда не сравнится с нежным, чудным цветом лица Кати, ее белизной. А рост, походка..."

В общем, книга неплохая, но перечитывать не захочу.
Зато в романах того времени много феминитивов. Инспектриса, педагогичка. Лойс.

Чудесная книга про жизнь институток. Главные героини - это сестры Солнцевы, здесь название немного противоречит сюжету, ведь у четы Солнцевых были и другие дети с разной судьбой. Ну, да ладно, может быть в черновиках были более подробно описаны приключения и взросление всех детей.
Завязка истории начинается с наводнения, после всех злоключений семьи, двух девочек Катю и Варю отправляют в институт благородных девиц. И с этого начитается основная история о жизни девочек вдали от дома. В описании жизни девочек, пепиньерок, классных дам, madame и других служащих в институте появляются некоторые отличия от других книг про институты благородных девиц. Где-то жизнь парфеток и кофушекболее романтизирована, где-то наоборот. Здесь же ощущение, что классные дамы и пепиньерки сами по себе, а учащиеся девушки сами по себе. Толком никакого более-менее нормального воспитательного процесса не показано. Правда есть одно "но", есть одна классная дама - мадмуазель Милькеева, которая более справедливая, которая занимается хоть каким-то воспитанием, занимает девочек в свободное время. В целом, все это смотрится немного странно, так же как и шалости Вареньки и месть Глашеньки.
У меня сложилось впечатление, что это не только реальный взгляд на подобное образование и служащих, но и утрированы "пороки", "слабости" (выходки) учениц.

Сюжет у книги классический: у небогатой семьи отец погибает, спасая людей от наводнения, мать заболевает, а сестёр - Катю (старшую) и Варю (младшую) отправляют в Павловский институт благородных девиц. Конечно, поначалу им там тяжело, особенно непоседливой и непосредственной Вареньке. Конечно же, чуть ли не в первый день у нее возникает вражда с пепиньеркой. Ну как могло быть иначе?

Отдельно замечу, что меня очень удивил эпизод с наказанием Вари. Я была уверена, что в женских институтах не пороли воспитанниц.

Само собой напрашивается сравнение с книгами Лидии Чарской: тут и институтки, и классные дамы - в основном старые девы с ужасно вредным характером, обижающие несчастную главную героиню. Однако если в произведениях Чарской происходит чудесное преображение и раскаяние с заламыванием рук:"Как же я могла так несправедливо относится к бедной крошке?!", здесь подобного явного морализаторства нет. Несомненно, это приближает книгу к жизни - ведь не бывает, чтобы все плохие вдруг становились хорошими. И именно за счет этого от произведения осталось приятное впечатление, а не ощущение размазывания слез-соплей-слюней и взгляда на мир сквозь розовые очки.