Hunda Koro

-Берите деньги, когда дают, взаймы.

-Обыкновенная прислуга, а форсу как у комиссарши!

Кто сказал пациенту: «Пес его знает! »?

Сейчас ко мне вошли четверо — среди них одна женщина, переодетая мужчиной, двое мужчин, вооруженных револьверами, — и терроризировали меня!

О, глаза - значительная вещь. Вроде барометра.

Всё испытал, с судьбой своей мирюсь и, если плачу сейчас, то только от физической боли и холода, потому что дух мой ещё не угас… Живуч собачий дух.

"Кинематограф - единственное утешение в жизни женщины."

бок сладостно молчал

Документ – самая важная вещь на свете.

– Что-то не пойму я, – заговорил он весело и осмысленно. – Мне по матушке нельзя. Плевать – нельзя. А от вас только и слышу: «дурак, дурак». Видно только профессорам разрешается ругаться в ресефесере.

Они говорят – где ж это видано, чтоб человек проживал непрописанный в Москве.

– Помилуйте, – уверенно ответил человек, – как же так без документа? Это уж – извиняюсь. Сами знаете, человеку без документов строго воспрещается существовать.

Пёс встал на задние лапы и сотворил перед Филиппом Филипповичем какой-то намаз.

Учиться читать совершенно ни к чему, когда мясо и так пахнет за версту. Тем не менее (ежели вы проживаете в Москве, и хоть какие-нибудь мозги у вас в голове имеются), вы волей-неволей научитесь грамоте, притом безо всяких курсов. Из сорока тысяч московских псов разве уж какой-нибудь совершенный идиот не сумеет сложить из букв слово «колбаса».

Ей и на кинематограф не хватает, а кинематограф у женщины единственное утешение в жизни.

Не били вас сапогом? Били. Кирпичом по рёбрам получали? Кушано достаточно. Всё испытал, с судьбой своей мирюсь и, если плачу сейчас, то только от физической боли и холода, потому что дух мой ещё не угас… Живуч собачий дух.

Неужели я обожру совет народного хозяйства, если в помойке пороюсь?

Какая гадина, а ещё пролетарий.

Не надо переделывать собаку в человека, а человека — в собаку. Ничего хорошего из этого не получится.