Поэт о критике

М.И. Цветаева – «Поэт о критике» (статья, 1926 г.)

Статья Марины Ивановны Цветаевой «Поэт о критике» увидела свет в 1926 году в Брюсселе, будучи напечатанной в журнале «Благонамеренный».
Она считается «первой значительной работой Цветаевой, посвящённой вопросам художественного творчества, главным образом сущности поэтического мастерства и отношениям между поэтом и критиком». Поводом к написанию поэтессой этой статьи послужили кошмарные критические работы Георгия Адамовича.
Действительно, когда видишь что-то, сделанное ужасно, хочется тут же его переделать, или, если это невозможно, высказать свой взгляд на этот вопрос. Что Марина и сделала.

Я вдруг вспомнил якобы-учёных, проповедующих истинность атеизма.
Они так любят уверять в своей правоте наивных людей. Любят спорить со священниками. Любят выдавать своё ни на чём не основанное материалистическое мировоззрение за научную истину. Звучит и выглядит это всё так себе, но на некоторых производит впечатление.
А вот попробовали бы атеисты доказать несуществование Бога композитору или поэту. Интересно, через сколько минут им пришлось бы развернуться и уйти восвояси?:)
Дело в том, что настоящий композитор не пишет музыку, а ПОДСЛУШИВАЕТ её у Бога. Так же, как настоящий поэт не СОЧИНЯЕТ стихи, а ВСЛУШИВАЕТСЯ в то, что ему ЗВУЧИТ.
Ни композитор, ни поэт не ставят перед собой вопрос о существовании или несуществовании Бога – они ПРАКТИЧЕСКИ работают с Богом, в этом СУТЬ их деятельности.

В этой статье или, если угодно, трактате, Цветаева напрямую не поднимает религиозных вопросов. Опять же, потому (повторюсь), что у неё таких вопросов и возникнуть не может. Она – поэт и поэт настоящий. Один из величайших поэтов XX века. А это значит, что она НАСТРОЕНА на то, чтобы слушать Бога, вслушиваться в Его ПОЭЗИЮ и ТРАНСЛИРОВАТЬ её читателю.
Трактуя о том, каким должен быть литературный критик, Марина вынуждена говорить и о том, что такое литература вообще и что такое поэзия в частности.
Не понимая ПРИРОДЫ поэзии, не ощущая её СУТИ, нельзя говорить и писать о ней, невозможно о ней судить СПРАВЕДЛИВО.
«Оценка есть определение вещи в мире», - пишет Цветаева. То есть, для поэта ЕСТЬ объективный мир, в котором каждой вещи есть своё ОБЪЕКТИВНОЕ место.
Для Марины есть ОБЪЕКТИВНОЕ «хорошо» и ОБЪЕКТИВНОЕ «плохо».
Стихи могут быть плохими и хорошими.
Хорошие стихи – это не те стихи, которые мне нравятся. Плохие стихи – это не те стихи, которые мне НЕ нравятся. У меня может быть ДУРНОЙ вкус, - и тогда мне будут нравиться ПЛОХИЕ стихи. Но оттого, что ПЛОХИЕ стихи кому-то нравятся, они не становятся хорошими. А ХОРОШИЕ стихи не становятся плохими оттого, что они кому-то НЕ нравятся.
Даже если предположить, что НИКТО на Земле не любит и не ценит хороших стихов, а все любят и ценят только плохие, то и В ЭТОМ СЛУЧАЕ жутко популярные плохие стихи всё равно НЕ станут хорошими.
Поэт – это человек, который способен слышать Божий глагол и записать его.
Поэта БЕЗ Бога, ВНЕ Бога не бывает.
Без Бога можно РИФМОВАТЬ, став рифмоплётом. Таких во все века было немало. Но к ПОЭЗИИ сочинения подобных индивидуумов отношения НЕ имеют.
«Всё моё писанье – вслушивание», - пишет Цветаева. – «Верно услышать – вот моя работа. У меня нет другой».
Поэт – транслятор Бога.
Зачем он пишет?
Затем!
«Не верьте в вопросы поэтов!» - пишет Цветаева. – «Все его: почему? – потому! и: зачем? затем!»
То есть, для поэта не существует философских вопросов, ибо у него изначально ЕСТЬ ОТВЕТ.
Вспомним философию постмодернизма, которая в наше время правит бал. Даже от мало подкованных в философии людей мы слышим рассуждения о том, что «всё есть дело вкуса», что «объективного добра и зла нет», что нет Бога и нет дьявола, что «жизнь для жизни нам дана» и «давайте пить и веселиться, ибо завтра умрём».
Мы пытаемся объяснить этим людям, что они неправы, но преуспеваем в этом мало. И неудивительно – ибо такие люди ГЛУХИ.
Подобно тому, как поэт СЛЫШИТ Бога, поэтому не нуждается в доказательствах Его существования (какие ЕЩЁ нужны доказательства? Куда уж БОЛЬШЕ?), так НЕпоэты (те кто не пишет или не чувствует поэзию) НЕ СЛЫШАТ Бога. Вообще.
Есть люди с отсутствием музыкального слуха, которые марш от вальса не отличат, НЕ РАССЛЫШАТ. Есть люди с отсутствием поэтического слуха. А есть люди, не слышащие Бога НИ В КАКОЙ ФОРМЕ.
Марина пишет: «Формула Теофиля Готье (сравнить с гётевской!) – которой столько злоупотребляли и злоупотребляют: «Я из тех, для кого видимый мир существует» обрывается на самом важном: КАК СРЕДСТВО, а не как цель! Самоценность мира, для поэта, вздор. Для философа – повод к вопросу, для поэта – к ответу».
Материалисты и постмодернисты всех мастей предлагают людям жить, наслаждаясь видимым миром. Более того, видимый мир они считают ЕДИНСТВЕННО СУЩЕСТВУЮЩИМ.
Смешно и странно. Как-то даже… постыдно.
Поэту такое предложение НЕ ПОДОЙДЁТ. Он живёт ВСЛУШИВАНИЕМ в Божественный глагол и ПЕРЕДАЧЕЙ этого глагола (в виде поэзии) другим.
Для поэта поэтические звуки НЕ самоценны. Они для него лишь СРЕДСТВО выражения Божественной истины. Как сказал кто-то: «Поэт дорог нам не за то, ЧТО он сказал, а за то, что он дал нам почувствовать несказАнное».
Поэзия даёт нам почувствовать БОГА, БОЖЕСТВЕННУЮ ПРИРОДУ. Сама по себе поэзия не есть Бог. Она ПРОВОДНИК. Она СРЕДСТВО. Она палец, который указывает на Луну. (Вспомним эту древнюю китайскую мудрость). КТО уставится на палец вместо того, чтобы смотреть на Луну? Только глупец. Кто будет искать наслаждение в созерцании пальца, вместо того, чтобы наслаждаться видом Луны? Только тот, кто не видит и не понимает самого главного.
Поэт, согласно Цветаевой, должен вслушаться и услышать.
Критик, следовательно, должен уметь ОТЛИЧИТЬ истинную поэзию от ложной, поддельной. Критик должен понять, ОТКУДА идут эти звуки и смыслы, облечённые в стихотворную форму, какова их ценность, каково их место.
Может ли поэт получать деньги за своё творчество, оставаясь при этом истинным творцом? Может! Но может ли поэт ПИСАТЬ РАДИ ДЕНЕГ? Нет!
Все мы помним пушкинское: «Не продаётся вдохновенье, но можно рукопись продать». И Пушкин здесь прав! Когда поэт пишет – он думает только о том, ЧТО он пишет, он ВСЛУШИВАЕТСЯ. Но когда стихотворение уже написано, его можно пристроить в журнал и получить за это деньги.
Поэт не может ПИСАТЬ на продажу, но продать произведение ПОСЛЕ того, как оно написано, - может.
Так для кого же пишет поэт?
«Для кого я пишу. Не для миллионов, не для единственного, не для себя. Я пишу для самой вещи. Вещь путём меня, сама себя пишет. До других ли и до себя ли?» - пишет Марина.
«Зачем я пишу? Я пишу, потому что не могу не писать. На вопрос о цели – ответ о причине, и другого быть не может» - продолжает она.
Сопоставляя поэта с Геростратом, Цветаева говорит: «Герострат, чтобы прославить своё имя, сжигает храм. Поэт, чтобы прославить храм, сжигает себя».
Поэт не просто служит Истине – он является ВЫРАЖЕНИЕМ Истины, её ДЕЯТЕЛЬНОСТЬЮ.
Иоанн говорит: «В начале было Слово, и Слово было у Бога, и Слово было Бог». А затем нам объясняют, что это Слово (Логос) есть Христос. Христос – это ДЕЙСТВИЕ Бога. Христос – живое выражение сущности Божией. Ты не можешь увидеть и потрогать Бога, но можешь увидеть и потрогать Бога, увидев и потрогав Христа – Его сына и посланника. Христос – ПОСРЕДНИК между Богом и людьми.
«Ибо един Бог, един и посредник между Богом и человеками, человек Христос Иисус, предавший себя для искупления всех». (1-е Тимофею 2:5,6).
Поэзия не тот же ли ПОСРЕДНИК? Поэзия не Христос ли?
Да, поэзия – посредник между Богом и людьми, но сам ПОЭТ в посредниках НЕ нуждается – он черпает своё знание НЕПОСРЕДСТВЕННО от Бога.
Поэтому он не нуждается и в ТЕОРИИ.
«Теория у поэта – всегда post factum, вывод из собственного опыта труда; обратный путь по следу». Теорию, по Цветаевой, поэт получает как «бесплатное приложение к практике».
«Единственный справочник: собственный слух. Единственный учитель: собственный труд. И единственный судья: будущее». – пишет М.Ц.

Статья эта очень важна как для понимания роли поэта и литературного критика, так и для понимания роли человека в мире.
Пожалуй, она стоит многих философских трактатов. А кроме того, навек излечивает от материалистических идей и постмодернистского мировоззрения.