Иллюзии

- Ты сказал, что, если я зависим от того, интересует ли людей то, что я говорю, это значит, что мое счастье зависит от кого-то другого. Вот чему я пришел сюда научиться: неважно, есть у меня общение или нет. Я выбрал всю эту жизнь, чтобы поделиться с кем-нибудь тем, как устроен мир, и я точно так же мог бы избрать его, чтобы вообще ничего не сказать.
Сущему не нужен я, Ричард, чтобы рассказать кому-то, как оно действует.

• Это само собой разумеется, Дон, сказать это тебе я мог бы давным-давно.
• Благодарю покорно, я нашел то, ради чего прожил эту жизнь, я закончил работу целой жизни, а он говорит: "Это само собой разумеется, Дон!"

- Дональд, это прекрасно! Я и не знал, что ты умеешь играть на гитаре!

• Неужели? Тогда представь себе, как кто-нибудь подходит к Иисусу и протягивает ему гитару, а тот сказал бы ему: "Я не умею играть на этом". Неужели бы он сказал такое?

  Шимода положил гитару на место и вышел вместе со мной на солнечный свет.

  - Или кто-нибудь проходил мимо, говоря по-русски или по-итальянски, что ты думаешь, какой-нибудь Мастер, стоящий своей ауры, не знал бы, что он говорит? Или если бы ему нужно было починить дизельный трактор, или управлять самолетом, - он не смог бы это сделать?

• Так ты что, знаешь все?
• Конечно, и ты тоже. Я просто знаю, что я знаю все.
• И я мог бы так же играть на гитаре?
• Нет, у тебя был бы свой собственный стиль, отличный от моего.
• Как я могу сделать это?
• Просто откажись от всех запретов и ограничений, а также веры в то, что ты не умеешь играть. Дотронься до вещи так, словно она часть твоей жизни, и так оно и есть. Знай, что для тебя играть хорошо - это нормально, и позволь своему подсознательному "я" взять верх над пальцами, и играй.
• Дон, трудно отказаться от знания того, что я не умею играть на гитаре.
• Тогда тебе трудно будет играть на гитаре. У тебя на это уйдут годы практики, прежде чем ты позволишь себе делать это правильно, прежде чем твой высокосознательный ум скажет тебе, что ты страдал достаточно и заработал право играть хорошо.

- Дональд, я пришел к выводу, что ты просто не живешь в этом мире.

Он испуганно взглянул на меня сверху, с крыла самолета, где он учился наливать бензин в бак.

- Конечно, нет. А ты можешь назвать мне кого-нибудь, кто живет?

• Что ты имеешь в виду, Дон? Я! Я живу в этом мире!
• Превосходно! Напомни мне потом, что сегодня я угощаю тебя обедом... Я поражаюсь тому, что ты никогда не перестаешь учиться.

  Я недоумевал. Дон говорил это без тени сарказма или иронии. Он имел в виду то, что сказал.

• Не понимаю тебя, Дон. Конечно же, я живу в этом мире. Я и что-то около четырех миллиардов других людей.
• О господи, Ричард! Ты всерьез! Обед отменяется. Никаких сосисок, никакого пива, вообще ничего! А я-то думал, что ты постиг основное знание! - Он замолчал и смотрел вниз на меня с сожалением.
• Так ты в этом уверен. Ты, оказывается, живешь в том же самом мире, что и, ну, скажем, биржевой маклер, так? Твоя жизнь только что пошла кувырком и изменилась, положим, из-за новой политики Биржевого комитета - пересмотр ценных бумаг, причем пайщики теряют больше 50% вклада, не так ли?

Он задохнулся от гнева, так быстро он говорил.

- Дон, а я уже почти ощущал вкус тех сосисок с кетчупом.

• Очень жаль. Я был бы счастлив купить их тебе. Но, увы, теперь тебе лучше о них забыть.