Книги, которые заинтересовали.
AlexAndrews
- 3 886 книг
Это бета-версия LiveLib. Сейчас доступна часть функций, остальные из основной версии будут добавляться постепенно.

Ваша оценка
Ваша оценка
Изящно сумбурное эссе с рыхлым, запутанным изложением, с длиннющими, исковерканными фразами, с удивительными аллюзиями и метафорами. Читаешь, будто ходишь по болоту, прыгая с кочки на кочку : здесь понятно, а здесь - полный мрак, всё зыбко и размыто. Но удивительное дело, в целом ты понимаешь главную идею автора - письменный нарратив всегда ускользает от того, для кого предназначена любая мысль, идея или послание. Любая мысль существует только для другого, только в другом, сама по себе мысль не реализуется, но как интерпретирует её получатель - вот в этом весь фокус. Деррида, опираясь на почтовый механизм, демонстрирует развитие всей западноевропейской метафизики «от Сократа до Фрейда и дальше». Статус письма(письменного изложения) противоречив, ведь «...письмо всегда может не дойти до пункта назначения». Но у нас нет другого выбора для восприятия идей жизни, мы вынуждены читать тексты, поэтому так важна "деконструкция" философских текстов, да и не только философских. Текст и речь (мысль) - не одно и тоже.
Неподготовленному читателю лучше не браться за этот очерк в письмах. Будет напрасная трата времени.

Изобилие пускаемых в ход средств, любовь моя, вот что ввергло нас в сумасшествие, оснащенность всем, что возбуждает чувственность речи, только не нашей, тот самый арсенал доводов, тыловое обеспечение, которое сослужило нам плохую службу. Так как сами мы оказались раздеты и безоружны. И поэтому мы сами взываем к кому-то другому, чтобы высказать ему нечто иное в тонкой игре, в которую мы ввязались и которая оказалась нам, очевидно, не по плечу, поскольку мы проиграли, не так ли, причем оба, я надеюсь. Другие тоже. Мы никогда не были правы, ни в чем. Это так грустно, я хочу сказать, быть правым. И к тому же я думаю, что, в конце концов, нам никогда не удавалось солгать друг другу. Но все же, все же послушай меня, услышь нас

то, что останется от нас, имеет силу музыки, не слова и не буквы, а музыки.

С того момента, как первая черта письма отделилась и вынуждена претерпеть разделение, чтобы отождествиться, нет больше ничего, кроме почтовых открыток, анонимных кусочков без определенного места жительства, без определенного адресата, открытые письма, но в то же время малодоступные для понимания, как в склепе. Вся наша библиотека, вся наша энциклопедия, наши слова, картинки, образы, тайны, огромный карточный замок почтовых открыток. Игра почтовых открыток.















