Авось

Не судите меня строго за оценку, поставленную произведению классика советской поэзии, но она честно отражает несоответствие моих ожиданий тому, что я в итоге получил. Мои ожидания были основаны на впечатлениях, полученных от неоднократного просмотра и прослушивания рок-оперы "Юнона и Авось", ставшей визитной карточной захаровского Ленкома. Но, как выяснилось, сама поэма, на основе которой было написано либретто, и то самое либретто, имеют очень мало общего.

Вообще, интересна история создания рок-оперы. Началось всё с того, что молодой композитор Алексей Рыбников обратился к Марку Захарову с предложением поставить музыкальный спектакль по мотивам написанных им "православных песнопений". Захарову музыка понравилась, пришла идея за основу сюжетной линии взять "Слово о полку Игореве". Оставалось найти поэта, который напишет качественное либретто.

Выбор пал на Андрея Вознесенского. Но Вознесенскому "славянофильская" идея резко не понравилась, и он предложил в качестве сюжетной основы свою поэму "Авось", написанную им еще за восемь лет до описываемых событий. Захарову сама идея понравилась, Рыбников тоже воодушевился, но у него уже были готовы главные темы мелодий, а вот подходящих стихов в поэме не оказалось. Пришлось Вознесенскому сочинять специально на уже готовую музыку.

Вот так и случилось, что в оригинальной поэме вы не найдете "Белого шиповника", "Аллилуйя", и самое главное - "Я тебя никогда не забуду". Все эти песни-арии, ставшие "визитными карточками визитной карточки" были написаны уже непосредственно для либретто.

Между легендарной рок-оперой и изначальной поэмой на самом деле очень мало общего, из поэмы в либретто кое-как втиснулось не более 10-15% текста. Исчезла неоправданная агрессия и занудное экспериментаторство, выброшены современные слова, которыми буквально нашпигована поэма, рассказывающая о событиях 200-летней давности.

Полностью выпотрошена тема взаимоотношений офицеров Хвостова и Довыдова (у Вознесенского именно Довыдов. через О). Этому дружественному противостоянию в поэме отводится едва ли не половина текста, в опере же сохранен в качестве эпизодического персонажа только Давыдов (уже через А), Хвостов же вымаран подчистую.

И в целом поэма очень трудна для понимания, меня, честно говоря, удивляет как Захаров сумел в свое время в ней разобраться. А может он тоже уловил только главную идею - любовь немолодого русского православного офицера и юной испанской католички. Ну, и тема "русской Калифорнии" тоже выглядела привлекательно. А дальше и так понятно, что либретто придется создавать практически заново, а Вознесенский - парень талантливый - справится. Так и вышло.

Читать же поэму порекомендую только тем, кто приветствует оригинальное новаторство в поэзии, и является поклонником смелых и не всегда оправданных рифм, когда иной раз они так выпячивают, что понимаешь со всей очевидностью: вот он, тот самый случай, когда рифма ради рифмы. Но, зная творчество Вознесенского, к этому уже бываешь готов, потому что сие есть одно из основных его качеств.

Наконец, то, что я берег на закуску, так сказать. Давненько у меня не было "гусиных пародий". И вот, сначала Тимур Шаов, а теперь и Андрей Андреевич сподвигли таки. Это уже вторая версия на этого поэта, первая была на текст песни "Плачет девочка в автомате", но, согласитесь, что в том стихотворении было не очень оригинальное проявление самобытности поэта. В "Саге" из рок-оперы это уже настоящий Вознесенский...

Ты гусей на рассвете разбудишь, Проводить до околицы выйдешь, Но уверена больше не будешь, Что когда-то их снова увидишь. И ты взмолишься: «Боже всеправый! И добавишь: «О, боже всевышний! Охрани моих птиц от канавы… В рифму просятся «карие вишни»… Заподозришь ты что-то плохое, И гусей недоверьем обидишь, И останутся в памяти двое, Двое тех, кого ты не увидишь. Даже если ты ум свой насытишь, Дхармой, будто не бабка, а Будда, Ты гусей никогда увидишь, И уже никогда не забудешь. А в канаве укрылись от ветра Безучастные бабкины гуси, Возвращаться – плохая примета, Не вернуться им больше к бабусе.

Двигаясь в обратном направлении, прихожу к выводу, что оба произведения - рок-опера "Юнона и Авось" и поэма "Авось" - должны читаться в паре. Иначе часть оттенков этой истории просто теряется. Они друг друга дополняют. Или даже начать надо с какой-то прозы о Резанове и его поездке в Калифорнию. А потом уже с представлениям о событиях тех дней читать их поэтическую обработку.

Прочитав поэму, другими глазами смотрю теперь на Вознесенского. Раньше он для меня был просто один из советских поэтов, с творчеством которого я не была особо знакома. Но фамилия такая многообещающая, в которой слышится что-то от вознесения Христа. А он отступник, атеист и осквернитель святых понятий оказывается. Никак не ожидала, что за такой звучной и благородной фамилией скрывается остряк, дерзкий и креативный оригинал.

Само произведение во-первых очень странной конструкции. Я впервые сталкиваюсь с таким. Читать трудно и необычно одновременно. Но надо прям вникать, чтобы понять смысл фраз. Может я и не всё правильно понимаю, но уж как есть. Во-вторых понимаю, что Кончита не была наивной жертвой коварного соблазнителя, а в целом играла довольно активную роль в этом романе. В-третьих у них там какой-то странный треугольник сложился. Третьей была Дева Мария, как не выглядит это парадоксально. И две женщины друг о друге наговорили немало колкостей в соперничестве за сердце Рязанова. Безбожных, прямо скажем колкостей. Мутную линию Хвостова и Довыдова я не очень поняла. Разгильдяи, остряки, пьяницы, они держали свечку и караулили у дверей нашу парочку, весьма нелестно отзывались о Кончите, приняли сторону Божьей Матери в этом сомнительном треугольнике. Она им за это потом помогла из тюрьмы бежать. Тут вообще все друг про друга говорят гадости за спиной. В том числе и про Резанова.

Очень фантасмагоричная поэма. Или что это было?... Но читалось с улыбкой недоумения, никак не с грустью о трагической любви. Произведение совершенно не романтичное. И события предстают несколько в ином свете.

Перечитав поэму дважды, перехожу к прозе...

Нас мало, нас адски мало, И самое страшное, что мы врозь, Но из всех притонов, из всех кошмаров Мы возвращаемся на "Авось".

Удивительная история! Еще удивительнее делает её то, что она основана на реальных событиях: ведь жил некий русский православный Резанов, который имел связь с американской католичкой Кончитой. Мы не знаем, какова была природа их любви в далеком 1806, но талант А.А.Вознесенского приблизил её прямо-таки до уровня Ромео и Джульетты! Как же не вспомнить об этих остроумных отсылках автора к вечному - к Пушкину, к Горацию, к "Слову о Полке Игоревом", наконец. Католики и православные непримиримы в своих взглядах на веру со времен средневекового раскола христианской церкви. Одно время даже анафеме предавали друг друга. В поэме же заложена великая мысль об их примирении, о религиозной терпимости, о том, что для любви не может быть преград в виде национальности, веры, расы, языка, да вообще не может быть никаких преград! Это история о соединяющей любви, об единении западного и восточного мира, которому так и не удалось случиться в полной мере!

Перепутались цепочкой Два нательные креста.