Цитаты из книги Недостоверные данные о счастье

— Когда-нибудь нашей прекрасной жизни придёт конец, — говорит Китти и прибавляет: — Она и кажется нам прекрасной, потому что мы знаем, что она не вечна.

Идиллии не следует доверять.

Он пытается перевести мысли на проценты и взносы, думать о чем-нибудь привычном. Его это успокаивает.

А вообще-то, какое это имеет значение, если жизнь может кончиться в один миг? К чему тогда модные стенки, мягкая кожаная мебель, университетский диплом?

Таня встречается с бородатыми мужчинами, которые разъезжают на машинах, они занимаются торговлей и рекламой. С одним из них она укатила в Осло, объяснив матери, что выходить замуж теперь не модно.

Фру Кармиккель ездила загорать на Мальорку и вернулась домой такая же худая и бледная, как и была.

Старая сапожная мастерская Паульсена сдана в аренду болезненному на вид человеку, который открыл там магазин «Здоровая пища».

Когда высокие люди начинают горбиться, в них появляется что-то унылое — большое дерево, гнущееся от ветра, производит более грустное впечатление, чем маленькое.

Редеют и выпадают волосы одинаково у глупых и у умных, у бедных и богатых.

А Любовь была в кино. Два или три раза в неделю они добывали себе по нескольку крон, открывавших им доступ к Любви.

— Ну как, папа, ты закончил фаллос? — тихо спрашивает она, кивая в сторону сарая. — Это единственное, что я смог сделать за всё лето, — как бы оправдываясь, говорит он. — Зато как здорово он у тебя получился! — Тебе нравится? — Да, он такой гордый, оптимистичный.

Жизнь не для старух, подумала она. И тут же упрекнула себя: Стыдись, Йенни, тебе ещё грех жаловаться. А слёзы всё текли и текли.

Густав был снисходителен и не осуждал человека только за то, что ему не повезло и он свалился под стол.

— Ты прекрасно знаешь, девочка скорее станет колоть дрова, чем будет тратить время на то, что её совершенно не интересует.

Мои рисунки их тоже не интересуют. Они ищут своё.

Если чего-то недодал ребёнку, когда он был маленький, потом этого уже не восполнишь.

— Китти, у тебя всегда зелёные пальцы, — замечают друзья. — Для пальцев главное не цвет, а то, что они умеют делать.

Любой звук с верхнего этажа заставлял их настораживаться, будь то детский плач, музыка или выразительно поскрипывание, которое могло длиться и несколько минут, и, как им казалось, целую вечность. Они ни секунды не сомневались в том, что именно происходит у них над головами. — И это средь бела дня! — изумлённо вздыхала Йенни. — Ни стыда, ни совести! — говорила Мария, если скрип продолжался дольше обычного, а Йенни бормотала: — Прости им Господи!

Зуб времени терпеливо точит всё. Безжалостное и неподкупное, время следует за людьми и домами, оно предано им, как тень.

Вокруг Рюны как бы замкнулся круг и она была в нем одна.