Senilità

Брентани часто говорил о своей опытности. То, что он подразумевал под этим, было высосано из книг и представляло собой большую подозрительность и громадное презрение к тому, что в этих книгах было сходным с его натурой.

- Кто мёртв - тот мёртв, и утешиться могут лишь живые. ... В нас нуждаются только живые.