Адриенна Лекуврёр

Принцесса (живо). Да, пожалуй! Вчера она так интересовалась и явно сочувствовала графу Саксонскому! Она знает так много интимных подробностей его жизни якобы от Флорестана де Бель-Иля…

Аббат (смеясь). Ее кузена.

Принцесса. Вы верите в кузенов?

Аббат. Ни капли. Ими пользуются обычно, как накидками во время грозы.

Первое письмо, которое я от вас получила, было очень пылким, очень нежным, оно тронуло меня до глубины души, но в то же время и насмешило до слез… у вас нет никакого понятия об орфографии.

Адриенна. А разве лучше умереть здесь от ревности и отчаяния? Я ведь умру…
Мишонне. Нет, нет! К несчастью, ты и тут заблуждаешься. Это лихорадка, не дающая ни минуты передышки; это острая, непроходящая боль; от нее страдаешь, изнываешь, но никто от нее не умирает. Видишь – я ведь живу.

Адриенна. Ах, вам таких чувств не понять… не понять, что можно любить помимо воли, вопреки всему…
Мишонне(живо). Нет, я понимаю!
Адриенна. Когда стараешься скрыть свою любовь от всех, даже от самой себя… когда сгораешь от стыда, когда и стыд этот – тоже не что иное, как любовь…

Неверность можно простить. Это часто зависит не от нас. Но непочтительность простить нельзя. Я за всю жизнь никогда не была невежливой, если не считать случаев, когда бывала невежлива преднамеренно… и тогда мне всегда удавалось достигнуть желаемого результата.