Кащеева цепь

1. Интеллектуальный, философский роман — редкость в нашей литературе. Та самая проза, что не просто «требует мыслей и мыслей», а щедро их дает. Наша «Волшебная гора».

2. Увлекательный сюжет. Роман-матрешка, где умещается сразу несколько романов: психологический роман, роман воспитания, о поиске себя и своего призвания, роман о русской революции, роман-путешествие, роман-миф и, конечно, история любви. А еще это автобиографический роман, причем гг тоже Миша.

3. Чудесный главный герой! Фантазер, романтик, не просто самостоятельно думающий, но и активно действующий. В детстве организовал путешествие в Азию — и довольно далеко мальчишки уплыли на лодке, прежде чем их вернули («ехали в Азию, попали в гимназию»). В молодости идет в революционеры и год проводит в тюрьме, за перевод марксистской литературы с немецкого. А чтобы не сойти с ума в одиночной камере, придумывает себе «внутреннее путешествие» на Северный полюс.

4. Оригинальная романтическая линия. К политическим приходили на свидания незнакомые девушки-«невесты», и вот такая незнакомка под вуалью посетила Алпатова. Выйдя на свободу, он отправляется в Берлин — но не только получать университетское образование, но и искать свою «невесту». И начинается еще одно путешествие: стоит напасть на ее след, как оказывается, что девушка уехала еще куда-то — и он мчится за ней по всей Германии, из города в город.

5. Тем, чье знакомство с этим автором остановилось на рассказах для детей, читать обязательно! Русская литература богата, а удается, как правило, познакомиться с самыми-самыми хрестоматийными произведениями. Как жаль, что Пришвин относится к нераскрученным именам! Ярлык «про природу» сильно ему повредил. О грандиозных дневниках, которые он вел всю жизнь, я уже писала.

Несколько цитат для знакомства с авторским стилем и мыслями
«Весь огромный музей предстал Алпатову как воспоминание сказки, и чудом казалось, что ту же самую сказку переживали все художники с далеких времен. И он шел из одной залы в другую очарованный и как бы пьяный от постоянных рассказов в красках и линиях одной и той же своей собственной сказки».

«Я прихожу к заключению, что в последнем, современном, культурном человеке скрывается тоже как творческий фактор и весь дикарь прошлого, и весь романтик знания и чувства. Вот почему, зная в себе хорошо и дикаря, и алхимика, и романтика, я никогда не вздыхаю о прошлом и не зову с собой никого идти в дикари, в мужики, в алхимики и рыцари: все прошлое все равно и так с нами непременно живет».

«Я знаю, радиоволны ничего не имеют общего с живыми чувствами и мыслями, исходящими от человеческой личности, но подобие радиоволн с нашими внутренними велико, оно наводит на мысль: углубляя наши знания внешнего мира, мы так близко подойдем к нашему внутреннему, что когда-нибудь и о себе сами вдруг догадаемся. И только тогда, мне кажется, мы будем сознательно и вполне безопасно для себя заниматься науками и пользоваться законами природы для себя самих».

«эта страшная русская жизнь, где всю молодость отдают идее, где с презрением относятся к своему телу и даже не украшают его красивой одеждой».

«ведь и тростинка в русском потоке не напрасно мерно склоняется, шевелясь в струе, тоже и она отмечает, сколько прошло русской воды в общий поток».

В моей школьной программе Пришвин конечно же присутствовал, но не вызвал энтузиазма, и вот, я попыталась дать ему второй шанс. Меня что тогда, что сейчас, больше интересует интереснейшая тема межличностных отношений - люди умудряются все так завертеть и запутать в жизни, что ни один автор не придумает нарочно, и это необычайно затягивает. А вот фанатичное описание природы, поклонение флоре и фауне, помноженное на философию не находило никогда глубокого отклика в моей душе. Возможно еще не доросла, но образно - чем читать про небо над Аустерлицем и известный дуб, я прочту пару томов про жизнь и переживания Наташи Ростовой. Но вернемся к Пришвину. У него странная и чем-то даже любопытная судьба - помещичьий сын, как бы он не принижал этот факт, из купцовской семьи, в борьбе пролетариата не был смят революционной волной, а вполне себе неплохо смог обустроиться.
"Кащеева цепь" - роман автобиографический, а значит, заведомо романтизированный и вычищенный. Название весьма символично и разъясняется по ходу чтения. Пришвин, он же Аплатов, будет являться героем нескольких историй, из которых и состоит роман. И не сказать, что это цельный и сбалансированный набор историй - они скорее рассказы, даже очерки. Потому как иногда это небольшие зарисовки каких-то ситуаций без завершенной и цельной фабулы. Так что стоит настроится на ступенчатое и не всегда гладкое повествование, объединенное временными отрезками., цепляющимися друг за друга как звенья цепи. Вот маленький Курымушка познает мир, утыкаясь в разные социальные непонятности и человеческие сложности, вот гимназист Алпатов рыдает от несправедливости учителей (сильно преувеличенной на мой взгляд, сам виноват не меньше - задали, не ответил, учитель соответственно оценил на единицу, и конечно же учитель несправедлив; или нахамил - выгнали-опять несправедливо и т.д.), вот уже "сиделец"-юноша, трагический переводчик с немецкого...
И что мне показалось, так это то, что подача очень неискренняя, когда за каждой сценой кроится оглядывающийся вокруг человек. И мысль, которая стоит за чтением - что он хотел сказать таким сценарием - не покидает, не давая погрузиться в саму историю. Нет-нет, да и проскользнет что-то живое, когда автор забывается или думает, что рассказанное никак не будет с негативом оценено (что особенно видно в мальчишеских проказах) современниками, а потом -ах, и вновь все идет по идеологическим рельсам... Возможно я пристрастна, но ощущения легкости и честности не получила. Все какое-то зыбкое, акцентировано "ребят, я свой, почти пролетарий, я за это боролся, никогда не поддерживал буржуев, я совсем не кровопийца-помещик, я такой же как вы...". Миша Алпатов, альтер эго Пришвина, периодически вызывал своим поведением, мышлением и характером вопрос - как такой нескладный, непонимающий, неразвитый и негибкий человек вообще выжил в таком сложном социуме, да еще и стал писателем? Человек, который воспринимает все слова, фразы, идиомы буквально, пытаясь разобраться невовремя и не чутко - вот как? Для кого-то это признак мечтательности героя, философского погружения в коммуникации старого мира, но мне показалось это чрезмерно утрированным. И вроде тут больше про людей, чем про пейзажи, но все равно у меня не сложилось.
В одном из "звеньев" встречается такой диалог героя со свои дядюшкой, вот он меня зацепил. Интересная, прагматичная и жизнеспособная концепция существования без глубокий мудрствований:

А последовал ли этим советам наш герой вы сможете подумать, изучив "Кащееву цепь"))

Пришвин был той отдушиной, которая помогала пережить беспросветность девяностых. Тогда был прочитан весь его восьмитомник: романы, хрестоматийные детские рассказы, очерки, Календарь природы и Лесная капель, дневники. Это было открытие известного с детства писателя. Он поразил неожиданной глубиной и искренностью размышлений о мире, человеке, Родине, честным рассказом о трудных, а порой и мучительных, опытах постижения законов жизни. Но это были светлые книги, написанные счастливым человеком. Такие книги хочется перечитывать.

"Кощеева цепь" - роман автобиографический, из того достойного ряда, в котором стоят книги Аксакова, Толстого, Горького.

Ниже - заметки, которые делал по ходу чтения.

Курымушка знакомится с Миром, полным тайного, которое "то показывалось раньше в саду, в лесу, в полях, а теперь стало в людях, и спросить про это некого: на такие спросы в ответ только смеются или говорят: "сам догадайся", есть такое, - спросишь и пропадешь."
Жизнь переплетается со сказкой, сказка входит в жизнь - прекрасная девушка превращается в Марью Моревну, а голубые бобры из предсмертного рисунка отца в Голубого, который все видит, старец из обители может представиться Кощеем, готовым заковать в свою цепь Марью Моревну.

"из моего натурального существа сначала еще в детстве вышло и сложилось стремление уйти куда-то в иную страну, в иное место..." Неудачный побег (экспедиция) трех гимназистов в Азию через Иерусалим в забытые страны за голубыми бобрами.

Еще одна попытка разгадать тайны ЖИЗНИ: открытие подчинения ПРИРОДЫ своим законам. А ЛЮДИ? Знакомство с з а п р е щ е н н ы м. Озарение: "старшие сговорились между собой и обманывают всех. Как тут жить среди обмана?" - бунт и позор неудачи.

Сибирь. "я сам себя сослал в Сибирь, я сам поднял бунт в гимназии" Я - САМ

Мать о Мише: "В голове у него сумбур и порывы разные". Но "сумбур" прекращается после встречи с гимназическим знакомцем Ефимом Несговоровым. Миша знакомится с марксистским учением. " Материализм понимает Миша Алпатов как сильный упор в самую жизнь. Если так упереться в действительность, то старые идеалы становятся такими же далекими от жизни, как далека от Голгофы рождественская елка..."

Арест. Год в одиночной камере. Мир через тюремное окно: дуб осенью, зимой и весной (поздно зазеленевший), сумрак наступающей зимы, когда выпавший снег сменяется дождем, убитая возле дуба собака, то укрываемая снегом, то вновь поднимающаяся из-под него. Весна света и весна воды - это будет позднее и в других его книгах. Свидание с "невестой". Журавль Фомка, вышагивающий по тюремному двору как часовой, оправившись к весне улетел вслед за вернувшимися домой журавлями. Забыли крылья подрезать.

Освобождение "после Пасхи" и "заграница". Маленькая уютная правда немецкого рабочего - социал-демократа "из пользы" и "большая правда" русского интеллигента, выросшая из немецкой идеи (Маркс, Энгельс, Бебель, Либкнехт) мировой катастрофы. Чистая Германия - запах воды и камня от вымытого асфальта. ИХ представление о России - стране варваров и медведей.

По Германии вслед за "невестой".
Зеленая Германия

Университет. "В самое короткое время Алпатов переменяет свой русский взгляд марксистского провинциального кружка на философию, в кармане у него постоянно маленькие философские книжки, и "Prolegomena" Канта и "Этика" Спинозы. Он читает и во время обеда, и в постели на сон грядущий, и, -- что делает внутренняя потребность! -- вся эта трудная поэзия понятий дается ему не труднее, чем беллетристика. Часто он идет в одну аудиторию и попадает в другую, потому что через плохо закрытую дверь долетели до него какие-то интересные слова." Химия. Поединок. Отход от политики.

Встреча с тюремной "невестой". Волны любви. Инженер-торфмейстер возвращается в Россию добиваться "положения", достойного жениха дочери знатной матери.

Маленькая правда:

Петербург. Город-призрак. "Коротенькая правда" положения и большая правда ДЕЛА. Отец невесты. Флора и фауна лесной энциклопедии. Всеобщее раздвоение жизни. "в холодном утреннем воздухе является ему третий образ невесты -- не его маленькая желанная Инна, готовая идти за ним, не считаясь ни с каким положением, не Инна Петровна, подобная страшной графине, а утренняя, умытая и деловая."
"Я маленький торфмейстер, и больше нет во мне ничего ... и больше идти некуда." Все рушится. Отказ невесты. Смерть ее отца. Жандармы.

Весна ЗЕМЛИ. Конец и начало.

Искусство как поведение (взгляд автора на книгу через тридцать лет)

Радостный труд писательства.

"Кащеева цепь" , автобиографическое произведение в котором Пришвин достаточно подробно описывает основные вехи своей жизни. Повествование обычных бытовых событий автор, скрашивает прекрасными описаниями природы. Язык написания немного трудноват для современного восприятия,иногда приходилось прибегать к справочной литературе. Никогда не думала, что у Пришвина была такая не легкая судьба. Он оказался бунтовщиком и метущимся в идеологическом смысле человеком. Прекрасно описывает детские годы, необыкновенно нежно отзывается о матери. Из этого немного несвязного произведения, перед нами предстает романтик, фантазер и просто чудесный человек. В общем из этой истории я узнала много нового о М.М. Пришвине. Развеялся ярлык , что Пришвин детский писатель пишущий о природе. Да, но он еще прекрасно раскрывает и человеческую природу. Всю свою жизнь он искал себя и пытался разорвать цепи которые все время пытались опутать его.

Мучила я эту книгу почти месяц. Почему мучила? Вроде и слог не особо тяжелый, и почерк всем знакомого Пришвина угадывается неплохо, но все же мне пришлось почти буквально продираться сквозь повествование, а некоторые моменты перечитывать не по одному разу, чтобы вникнуть в суть. Как будто книга оправдывала свое название и моментами висела на мне мертвым грузом, который невозможно было снять.

Но неделю назад перевернула наконец последнюю страницу. И что удивительно, она не оставила после себя тягостного впечатления, всего лишь небольшую усталость (не в плохом смысле). Как понятно из многочисленных кратких аннотаций, это не биография в чистом виде, а вполне себе художественное произведение, как бы сейчас сказали, "основанное на реальных событиях". Другими словами:
"...отдаешься одной правде – вымысел напомнит о себе, забудешь правду в вымысле – она постучится".
Так и в "Кащеевой цепи". Особенно это заметно в первых частях произведения, посвященных детству главного героя – Курымушки. Там детские фантазии, народные суеверия и авторский вымысел настолько тесно переплелись с реальностью, что порой становится не по себе. Когда я читала главу, посвященную кровавому гусаку, даже дрожь пробирала, а уж когда ставила себя на место маленького ребенка 6-9 лет, то понимала, что тут любой хоррор-фильм по своему воздействию на психику отдыхает.

Открытием стали главы, посвященные отрочеству и учебе в гимназии Пришвина-Алпатова. Странно думать, что человека, творчество которого будет стоять на самом видном месте в программе начальных классов и чьи рассказы считаются чуть ли не главными "воспитателями" любви к родной природе, могли исключить из гимназии, да еще и с волчьим билетом. А его мечты и желание во что бы то ни стало убежать в загадочную Азию напомнило "Двух капитанов" и побег Сани Григорьева в загадочный Туркестан.

А вот описание молодости и поисков жизненного пути Алпатова дались очень тяжело. Не из-за слога, а из-за того, что можно назвать социальным и бытовым фоном: предреволюционная эпоха, брожение умов, "витание" идей в воздухе и все такое прочее. В общем, для меня, как человека, который любит историю, но на дух не переваривает именно этот период времени, было тяжко. Наверное, нужно было либо родиться именно тогда, либо относиться к тем событиями с беспристрастностью историка, но я не понимаю благоговения перед Бебелями, Марксами, Либкнехтами и так далее. Тот же Алпатов: год тюрьмы из-за приверженности идеям, которые он сам до конца не понимал, непонятные метания за девушкой, которую видел единожды в жизни сквозь тюремную решетку и вуаль на лице (хотя Пришвин все-таки отдает отчет, что это юношеский максимализм), поклонение перед социал-демократами и тем, как даже "извозчики там читают форвертс" и так далее. И все это в двадцать с лишним лет. Хотя под конец я себя все-таки утешила, потому что сам автор выразил мысль, которая вполне себе объясняет его выбор жизненного пути:
"В молодости, бывало, споришь и дерешься из-за того только, что мысль, за которую держишься, не своя. И другой, кто спорит с тобой, тоже за чужую мысль стоит".

Искренне советую до или после чтения "Кащеевой цепи" (а лучше и до, и после) прочитать статью Вадима Чувакова "Вместо преамбулы". Очень помогла мне воспринять произведение цельно и чуть лучше понять его, т.к. собственных фоновых знаний мне для этого, увы, не хватало.

К старости каждый человек, даже если он не является великим писателем, хочет разобраться, что же это все-таки была за штуковина такая, то, что принято именовать Жизнью. И так уж он, человек устроен, что хочется непременно подогнать эту фиговину под какую-набуть теорию. (Хотя Великий Борхес (а может и не он) говорил, что жизнь нетривиальна и не поддается редуцированию.) Вот и М.М.Пришвин взялся за труд подогнать опыт прожитых лет под теорию, и не какую-нибудь, а исторического материализма. (Поэтому замечательные аннотаторы на обложке книги обозвали его "подлинно христианским писателем". Даром что через каждые десять страниц автор пишет о себе, что он атеист. Атеист. А-те-ист. Ну да Бог с ними.)
Вот этот вот исторический материализм и оказывается самым слабым местом книги, ну не в наше же время о нем читать! Поезд ушел, и кажется уже навсегда. Но тем не менее книга очень понравилась и очень рада я, что ее прочитала. Пожалуй, после "Волшебной горы" Т. Манна, не попадалось мне больше таких произведений, про которые точно знаешь, что вернешься к ним не раз и не два на протяжении всей жизни.
По содержанию (а вовсе не по форме), "Кащеева цепь" действительно напомнила "Волшебную гору" - книга о становлении мировоззрения резвого вьюноши (правда про Ганса Кастропа не скажешь особо что "резвый", в отличие от Миши Алпатова, ака М.М. Пришвин), но по сути своей это отнюдь не "библиотека для юнлшества", а подведение итогов зрелым мастером, которому для подведения черты под пережитым нужно вернуться на данном этапе к истокам.
Что касается формы произведения, то в рецензиях на ЛЛ встречаются жалобы на трудность чтения. Мне кажется, что подобные произведения лучше читать, воспринимая их как сборник рассказов. Тогда будет легче и отпадут лишние вопросы. Например, вот цельный рассказ - глава "Расстрел васильков", вот - "Фомка", и т.п. Но это мой личный способ чтения, у каждого, конечно, свой метод.
Хотя "Кащеева цепь" считается автобиографией Пришвина, на самом деле это не так. Автор взял реальных людей и сделал из них персонажей художественного произведения. Миша Алпатов не в большей степени является Михаилом Пришвиным, чем Ганс Кастроп - Томасом Манном. Но лукавый автор всё водит читателя за нос.

Никаких тайн, годных для желтой прессы автор и не думал окрывать. И очень похоже, что написан этот роман им в первую очередь для себя самого, а не в расчете на то, чтобы угодить читателю, чтобы тому было легче читать и т.д.
Очень рекомендую тем, кто как мой отец, приближается к закату дня. Папе 84 года, и он с большим удовольствием прочел первую часть, хотя это явно поэзия, и, что еще хуже, фи-ло-со-фи-я.

Читать было безумно сложно. Такое впечатление, что автор писал исключительно для себя. Сумбурно, отвлеченно, перескакивая с одного на другое.

Вроде бы тут есть сюжет: последовательно описываются детство, обучение, юность, революционная деятельность и любовь. Но этот сюжет совершенно не важен. Жизненные ситуации – это основа для размышлений о чем-то важном для автора. Причем он не всегда старается оформить эту мысль в какую-то конкретную форму. Часто это какое-то впечатление, которое нужно уловить.

Даже сложно представить, для какого настроения подойдет эта книга. Ее, наверное, можно читать год или даже больше: по чуть-чуть, по одной-двум главам в день, а то и реже. Книга-созерцание, причем даже не самой жизни, а размышлений о жизни.

Интересное название и имя писателя - две причины моего интереса к роману "Кащеева цепь". Пришвин должен писать о природе - подумала я и уловила в своём воображении какое-то загадочное место, в которое непременно должен завести сюжет книги...

Но нет, всё оказалось гораздо интереснее. И речь не о природе, а вернее о природе, но человеческой. О становлении личности писателя, о его поиске себя в момент взросления и знакомства с миром. Постепенно открывая глаза, ощущая тонкости этого мира, особенности человеческих натур его окружающих, молодой человек выбирает свою дорогу, с трудом нащупывая своё Я.

Пришвин мастерски раскрывает разные человеческие типажи фундаментально и тонко одновременно, как настоящий психолог, подмечая самую суть разнообразных образов человеческой природы. В книге затрагивается тематика менталитета русского человека и невольное сравнение двух систем мышления - русского и немецкого. Это оказалось для меня особенно трогательным и волнительным.



Продираясь сквозь своеобразный язык русского классика, я проходила вместе с ним непростой путь становления его творческой личности. А для понимания своего Я ему пришлось многое пережить и даже оказаться в заключении, проведя целый год в одиночной камере. Дважды жить вдали от Родины и наконец понять - кто он, где он хочет жить и чем заниматься...

А название романа - это как раз отражение свойств души именно русского человека, я считаю. И это то, от чего убегал наш герой и то, что он хотел всегда разрушить на своём жизненном пути. Цепи, которые всегда хотят опутать, захомутать, поработить. И они необязательно во вне, они могут проникать в саму суть человека и быть частью его души.

А свободная, а тем более творческая личность не может быть скована цепями предрассудков, ненужных обязательств, традиций и закостенелых взглядов, которые сковывают человека, мешают развитию жизни и движению вперёд...

Уж неведомо какими электронными путями попался мне, любителю всяких интересных цитат, как-то Телеграмм-канал с цитатами Михаила Пришвина (https://t.me/prishvindream). Полистал я тот канал минут 10, и проникся огромным уважением к незаслуженно забытому (мной) школьному классику. А писатель-то, оказывается (это я уже понагуглил) долгую и интересную жизнь прожил! Был, что называется, живым свидетелем (и, что немаловажно, — летописцем) очень непростых явлений, происходящих в России! Надо срочно восполнять этот пробел моего литературного бескультурья.
Задумано — сделано. Я скачал из сети кучу пришвинских книг, и, виртуозно применив метод научного тыка, начал читать «Кащееву цепь».
Пока читал о детстве главного героя романа, насколько я понимаю — альтер эго автора, всё было достаточно живо и интересно. Но по мере продвижения по исторической оси вправо (т.е. по мере взросления главного героя) чтение становилось всё более и более скучным. В конце-концов чтение я бросил, решив знакомится с творчеством Пришвина опосредованно — по мере выхода постов в упомянутом выше телеграмм-канале.

Роман "Кащеева цепь" автобиографичен. Михаил Михайлович описывает важные вехи своей жизни, немного дополняя повествование художественными нюансами. Удивляет, насколько поэтичным, сказочным было его восприятие жизни: Кащей, Марья Моревна, забытая страна и т.д. Как органично Пришвин соединяет возвышенное представление о жизни и ежедневное существование.

Всегда думала о Пришвине как о детском авторе, писавшем о природе. Оказалось, что в его биографии много идеологических моментов, протеста и даже политики. Немного странно и запутанно выглядит путь Пришвина в бунтовщики и марксисты. Да и вообще в целом, жизненный путь автора, как и путь в писательство, не прост. Думаю, "Кощеева цепь", которую Пришвин писал большую часть своей жизни, была попыткой переосмысления этого пути и его итогов.

Очень понравилось как Михаил Михайлович пишет о своей матери. В каждом слове о ней чувствуется его горячая любовь и уважение. Трогательным показалось слияние любви к матери и внимание к природе, определение их общих истоков. Именно эти две особенности наполнили роман жизнью и красотой.

Читать "Кащееву цепь" не просто. В описании природы Пришвин, конечно, великолепен. Но его размышления, философские выкладки написаны немного тяжеловесно, запутано. Роман требует вдумчивого чтения и определенной дисциплины. Я бы сказала, он является ключом к пониманию творчества мастера.