Цитаты из книги Осколки времени

- И ещё…спасибо тебе.

• За что это?
• За то, что не достаёшь меня этими всеми «опять ты идёшь туда»

• Я тоже тебя люблю, Алек, любимый мой. Серегил и сам подивился, как вдруг стиснуло горло. Они молча побрели дальше, и шли так, пока согнутая рука Серегила не ощутила пустоту.

- Нам следует вернуться и присмотреть за Теро, - сказал Алек.

• Сейчас ни ты, ни я ничем не сможем ему помочь, - отвечал Серегил. – Мне просто хочется немного побыть с тобой, пока мы не возвратились.

• Жуй.

• Здравствуй, мой тали.

• И ты, мой тали.

- Это и есть то, что удерживает Вас здесь, ведь так? Вот что сделала с Вами моя предшественница Нанди?

• Да, это оно. И ты, будучи одной с ней крови, можешь меня освободить. Давай же, это совсем не трудно. Достаточно кончика пальца.
• А давайте-ка сами!

• Тогда разбейте его

• Я никогда не сделаю того, что Вы просите.
• Правда? И позволишь умереть своему ребёнку?

• Я член королевского дома Скалы, и я генерал. Мой долг защитить народ Скалы. И если для этого мне придётся принести в жертву свою жизнь и жизнь моего ребенка, я это сделаю.
• Ты меня удивляешь, милочка, - сказала Разат, явно недовольная. – Ну а если я, скажем, отсеку тебе руку?

• Начать можете с этой.
• Разат снова вздохнула.
• - Ну, хорошо, не сегодня.
• - Никогда.

Алек помог спустить вещи вниз, после чего распрощался со всеми. Серегил дошёл с ним до внешней пещеры, там он обнял его руками и крепко прижал к себе.

• Будь осторожен, тали.

• Бей без промаха, тали.

• Хорошо.
• Удачи в сумерках, Алек.
• И при Свете дня. С разрывающимся сердцем Алек вскинул на плечо свой тяжелый мешок с едой и пошёл в сторону дворца. Оглянуться он себе так и не позволил.

- Клиа пережила войну, Теро. Она ничуть не глупее тебя, и вдвое отважней всех нас вместе взятых, она не какая-нибудь истеричная девица. Мы должны всего лишь помочь ей .Серегил запнулся.- Всякий раз, как мы с Алеком отправляемся по твоим поручениям, я вынужден смиряться с тем, что могу возвратиться назад без него. Но если он всё же падёт смертью героя, то это будет его выбор и его право. Теро повернулся к нему. Зелёные глаза его были злы и суровы.

• А если бы в той западне сейчас сидел Алек? Ты тоже сказал бы это?

• Нет. Я бы тоже сейчас сидел, уткнувшись лицом в ладони. И это ты говорил бы мне эти слова.

- Хорошо. Но я не хочу уходить, если ты не сможешь пойти со мной. Я не хочу оставлять тебя здесь! Клиа взяла его за плечи.

• Это твой долг перед Скалой, Мика. Мне очень жаль, что тебе пришлось узнать всё это, когда ты ещё так юн, но долг - он превыше всего. Превыше дружбы и даже превыше любви. Вот так-то. Если ты не сбежишь, когда будет такая возможность, даже если мне не удастся бежать с тобой, то ты не исполнишь свой долг, и это будет очень плохо. Я хочу, чтобы ты поклялся мне самым священным, что у тебя есть, в том, что ты повинуешься мне.

• Священным Огнём, своим сердцем, головой и руками клянусь, что ни за что не ослушаюсь.
• Умница, - с облегчением выдохнула Клиа. – И последнее. Если я не выберусь отсюда вместе с тобой, передай Теро, что я люблю его, и что буду любить всегда, что бы ни было.

- Помнишь, я тебе говорил: никогда не делай того, в чём не до конца сведущ? Вот это тот самый случай. Я отнюдь не знаток в обезвреживании демонов, так что лишь по счастливой случайности мне пришло в голову предпринять те особенные меры предосторожности, которые я принял. Он мог запросто вселиться в меня самого или прикончить, и вместе со мною моих друзей. Понимаешь, о чём я тебе говорю?

• Мне следует быть всегда осторожным, потому что то, что я считаю сделанным правильно, может оказаться совсем не таким.
• Верно. Мы, маги, очень часто оказываемся на грани между мужеством и смертью. Никогда об этом не забывай.

- В порту я заметил кое-кого из бывших рабов, - сказал Алек. – Много их тут было во времена оккупации?

• О, да, - отвечал мэр, так, словно его спросили про погоду. - Стыдно признаться, как ужасно с некоторыми из них обращались, но всё же большинство хозяев были добры.

• Куда только девается вся эта доброта, стоит вам надеть на шею другого человека железный ошейник! Эти несчастные, с их сломленными душами и рабскими шрамами, которые не стереть, как-то мало похожи на тех, кто упивался чужой добротой.

• Я никого не желал обидеть, Барон. Я только лишь говорю, что некоторые обходились со своими рабами гораздо лучше прочих. Это всё-таки надо тоже учитывать, верно?
• Нет. Не надо.

На следующий день они оделись со всей тщательностью. Алек, стоя перед высоким зеркалом, зашнуровал полочку расшитой льняной рубахи и скользнул в свой новенький камзол. Добротная шерстяная ткань была почти того же темно-голубого цвета, что и его глаза, а пуговицы, на которых у портного настоял Серегил, представляли собой гарнитур из стилизованных цветов с отшлифованными сапфирами. Отделка ворота, манжет и переднего края камзола представляла собой жесткую кайму, искусно расшитую золотым узором в виде листьев.

• Если я так грохнусь в воду, то меня утащит на дно, - проворчал Алек.

• Думаю, во Дворце нам не стоит этого слишком опасаться.