Отзывы о книге Степной пролог

Почти полтора столетия прошло с тех времён, с которых Дмитрий Балашов начал свой цикл о государях московских. Считая по четверть века на поколение — шесть поколений русичей прошло по земле, оставляя свои следы или уходя в вечность безымянными.

Великолепный роман в череде отличных — могу использовать только превосходные степени, не боясь при этом приукрасить своё отношение к уже прочитанному и к читаемому, и надеясь, что и до конца всё и сохранится и приумножится.

Что же здесь такого особенного, чем этот роман выпирает из остального великолепия? Для меня — прежде всего тем системным историко-научным социально-аналитическим подходом автора к раскрытию описываемых событий и к осмыслению движущих сил, которыми все эти события приводились в движение. Ведь понятно, что не только прихоть хана Мамая подняла Орду на конь и направила на битву с московлянами — так редко бывает, когда по воле одного единственного, пусть даже самого великого, человека поворачивается весь массив маховика истории человечества. Как правило, одновременно действую в одной точке пространства-времени многочисленные силы, и историческое движение является всего лишь равнодействующей. И именно в этом романе Дмитрий Балашов наиболее отчётливо и формулирует этот принцип, и пытается сам осмыслить всю причинно-следственную кухню 70-х годов века XIV на всём европейском пространстве. При этом в ход идут как досконально известные факты и документы, так и основанные на закономерностях историко-социального развития гипотезы и предположения.

Ну и помимо вот этого всего, изложенного выше, это ещё и просто великолепный историко-художественный роман. С яркими героями-персонажами, с трагедиями и драмами, с интригами и любовями, рождениями и смертями, с военными действиями и со всем прочим, что делает читаемую историческую книгу интересной и захватывающей.

Читатели моих отзывов ("рецензия" - слишком громкое слово для описания личных ощущений читателя от прочитанной книги, так что всё-таки "отзывов"), так вот, читатели моих отзывов могут спросить меня: "Почему я считаю, что данный период (время княжения Великого князя владимирского Дмитрия Ивановича Московского) - основной?" Самый простой ответ на этот вопрос: сам автор посвятил княжению Дмитрия Ивановича два романа: "Отречение" и "Святая Русь". Последний роман - самое крупное произведение автора, в различных изданиях оно занимает более 1500 бумажных страниц и разделено на три книги. Более сложный ответ: Московский князь Дмитрий Иванович ничем особенным не выделялся из ряда князей того времени - он был человеком своего времени (лубочный, карикатурный образ князя оставим на совести автора: ну не симпатичен был Дмитрий Иванович Балашову). Но в чём Донскому повезло - он жил в одно время с двумя великими подвижниками Руси - митрополитом Алексием и игуменом Троицкой обители Сергием Радонежским ( и Алексий и Сергий канонизированы РПЦ во время княжения внука Дмитрия Донского - Василия Тёмного).

Но, вернёмся к "Святой Руси", вернее к её первой части "Степному прологу". Вот чем мне нравятся романы Балашова, так это тем, что писатель не ограничивается главным героем и его ближайшим окружением, а окидывает взглядом всех причастных к рассказываемой истории лиц. Вот и в "Степном прологе" сначала появляется железный хромец Тимур и хан Тохтамыш, в самом начале своего восхождения к вершинам власти. Потом появляется московский князь Дмитрий Иванович, организуется удачный поход на Булгар. В 1377 году происходит поражение нижегородской рати на реке Пьяне. В этом же году в Литве умирает великий князь Ольгерд, оставляя всю полноту власти младшему сыну Ягайло и в Литве начинается междоусобица между сыновьями Ольгерда. В следующем, 1378 году была первая победа над достаточно крупным отрядом темника Бегича, битва на реке Воже:

3наменитое сражение на Воже, прообраз или набросок Куликовской битвы, описано многажды и многими.

Среди побитых степняков были найдены трупы пяти темников. Тут мы можем прикинуть приблизительное количество ордынцев: каждый темник командовал (туменом) тьмой; тумен - это 10 тысяч сабель. Значит в войске Бегича было 50 тысяч сабель.

В отдельную сюжетную линию Балашов выделяет дела церковные: мы помним, как в романе "Отречение" в 1375 году в Константинопольской патриархии при живом митрополите Алексии, поставили митрополита Киприана на Русь. В 1378 году перед смертью митрополит Алексий пытался уговорить Сергия Радонежского стать митрополитом после себя, но Сергий отказался (я считаю - правильно сделал). Князь Дмитрий Иванович задумал сделать митрополитом своего духовника Митяя. Путешествие Митяя в Константинополь и его гибель в дороге описаны достаточно правдоподобно. А тем временем маховик истории, запущенный ещё митрополитом Алексием, подводил Русь к битве, которая станет первым шагом к освобождению от вассальной зависимости Руси от Золотой Орды (я мог бы написать штампованную фразу про "освобождение от татаро-монгольского ига" - но не хочу писать штампами). Вот как написано про это в романе у Дмитрия Михайловича:

Нельзя жить мечтою о прошлом. Нельзя, опираясь на то, что было и невозвратно прошло, пытаться творить грядущее. Грядущее всегда иное. И какое оно, нам не дано узнать. При этом гибнут и те, кто хочет возродить угасшее, но гибнут и разрушители, пытающиеся воздвигать свои дворцы на развалинах уничтожаемого величия. Где та грань, где та нить, связывающая «оба полы сего времени», из прошлого подающая руку грядущим векам? Где она? Но она есть. И побеждает тот, кто находит этот по острию приятия и отрицания проходящий средний путь. Покойный митрополит Алексий был один из тех немногих, кто угадал, и угадал верно. И страна, поднявшаяся к Куликову полю, выполняла — всё ещё — волю покойного создателя своего...

Нельзя жить мечтою о прошлом. Нельзя, опираясь на то, что было и невозвратно прошло, пытаться творить грядущее. - это про Мамая, "который восхотел сравниться с Батыем"

Про саму Куликовскую битву написано очень красочно, живо и кроваво.

Теперь несколько слов про взятие Москвы (при живом Алексии Москву не сдали бы, но митрополит Киприан был византийцем) Тохтамышем в 1382 году, вот что пишет по этому поводу Балашов в своей книге:

И вот ещё один тягостный исторический вопрос: зачем? Великое княжение, более того — вотчинное, наследственное право владения владимирским столом осталось в руках Москвы. То есть никакого пересмотра сотворенного Алексием государства не произошло. С другой стороны, и дружественных, чистосердечных союзнических отношений после того не могло уже быть у Тохтамыша с Москвой. Чего же он добивался и чего добился своим набегом? Навести страх? На друзей не наводят страха, а подданных страхом отталкивают от себя. Приходится признать, что Тохтамыш попросту не понимал ничего в высокой политике, а личный опыт воспитал в нём только одно — жестокость (которая едва ли не всегда неразлучна с трусостью!) Пото и бежал на ратях, не выстаивая сражения, как умел выстаивать неодолимый Тимур!

Так вот и состоялся пресловутый поход, лучше скажем — воровской набег Тохтамышев на Москву летом 1382 года.

И последнее, о чём хотелось бы упомянуть - о семье простых ратников Фёдоровых. В прошлых отзывах я про них упоминал. Несмотря на то, что Никита Фёдоров погиб в Тростенской битве, у него остался сын Иван, и вот за судьбой этого Ивана мы будем следить.

P.S.: у меня вопрос к людям, читавшим уже этот цикл: что читать дальше? Вторую часть романа "Святая Русь. Сергий Радонежский" или внецикловой роман "Похвала Сергию" о Сергии Радонежском.

Я осилила только первую часть трилогии "Святая Русь" - "Степной пролог", Это та книга, которую читаешь, а думаешь о чем то своем... Прочел главу и даже не понял о чем шла речь. Напрягает огромное количество восклицательных знаков. Их очень много, а зачем непонятно. Решала не мучить себя и не дочитывать всю трилогию.

А что касается самого издания серия "История России в романах" от издательства Комсомольская правда, идея серии отличная, исторические романы, к тому же в хронологическом порядке читать очень интересно и увлекательно. Захотелось собрать всю серию. Но неужели нельзя было воплотить такую замечательную идею как то по-качественней?! Позолота с обложки стирается сразу, бумага очень тонкая, не дай бог какая нибудь малюсенькая капелька попадет на листик всю книгу сразу поведет! А сколько ошибок и опечаток, это кошмар! Совершенно пропало желание собирать данную серию.

Отчего-то для предыдущей книги цикла у меня совершенно не нашлось слов. Возможно зря, а  возможно стоило сделать небольшой перерыв.

Вот о Степном прологе писать уже легче, но в основном из-за его недостатков. Если прежде Балашов достаточно сдержанно относился к московской династии, то к Дмитрию Донскому он явно выказывает своё неудовлетворение. И ладно бы это как-то явно следовало из качеств самого князя, так нет, он не делал ничего и не принимал решений отличных от его предшественников. И я здесь выступаю не как адвокат Донского, просто удивительна сама смена позиции автора.

Вторым существенным недостатком можно отметить наконец проявляющиеся "евразийство", что тоже не следует ни самой логики истории, ни из канвы повествования. Герои ни с того, ни с сего позволяют себе фразы вроде:

Нам бы сейчас сторону Орды держать, нам там лучше. Чем лучше? Почему?

Нам бы с Литвой ратится. А то не ратитесь?

Во всем остальном - стабильно высокая планка работы.

100 коротких рецензий. #16. Сергий?

100 коротких рецензий. #14. Hello darkness, my old friend