Влюблённые женщины

Даже у самого нормального человека внутри бушуют ужасные бури.

Если прыгаешь за край, то куда-нибудь да приземлишься.

Любовь - это направление, которое отрицает все остальные направления. Это...свобода вдвоем

В жизни к людям нельзя относиться серьезно.

— Тебе он нравится? — спросила Урсула.
— Не то чтобы нравится, просто я считаю, что в своем роде он совершенен.

В ее жизни мало что происходило, однако внутри нее, во мраке, уже назревали какие-то перемены. Если бы только ей удалось разорвать последнюю сковывающую ее оболочку! Она пыталась пробиться наружу и, подобно младенцу, выбирающемуся из утробы матери, протягивала руки, но высвободиться ей не удавалось, пока не удавалось.

– Возможно, это не совсем так, – нерешительно призналась она. – По-моему, на самом деле заводить детей никому не хочется, все только делают вид.

- А на ком бы ты женился?
– На женщине, – ответил Биркин.
– Прекрасно, – похвалил Джеральд.

– Неужели ты действительно хочешь детей, Урсула? – холодно спросила она.
Урсула удивленно-озадаченно посмотрела на сестру.
– По-моему, хочешь-не хочешь… – ответила она.
– Ты так считаешь? – спросила Гудрун. – У меня при мысли о детях все чувства куда-то пропадают.

Гудрун, слегка раздраженная, помолчала. Ей хотелось определенности. Она спросила:
– Тебе не кажется, что каждому человеку необходим опыт брака?
– А ты считаешь, что это будет опыт?
– Непременно будет, – холодно сказала Гудрун. – Может, нежелательный, но непременно своего рода опыт.
– Не обязательно, – ответила Урсула. – Скорее всего, это будет концом всякого опыта.

Позорна только жизнь, каждое мгновение которой ничем не заполнено, в которой человек живет только по инерции. Жизнь ив самом деле может стать постыдным унижением для человеческой души.

Никогда не терять голову, не выходить из себя, все время контролировать себя, все время смущаться, все время помнить, кто ты есть. Все что угодно, только не это! Лучше быть животным, простым лишенным разума животным, чем это, чем эта пустота!

Человечество высохло на корню. На кусте висят мириады человеческих существ - они, эти ваши здоровые молодые мужчины и женщины, такие красивые и цветущие. Но на самом деле это сплошь яблоки Содома, плоды Мёртвого моря, чернильный орехи. На самом деле, в этом мире у них нет никакого предназначения - внутри у них нет ничего, кроме горькой, гнилой трухи.

- Представь, Руперт, - сказал он, - я только что пришел к выводу: главное в жизни - когда есть с кем разделить одиночество, не просто с кем попало, а с тем, кто тебя поймет.

— А вам никогда не было страшно?
— В жизни? Не знаю. Кое-чего я боюсь — быть запертым или связанным. Боюсь быть связанным по рукам и ногам.

Он переживет старую печаль, он отбросит прежнюю мораль, и в своем новом мире он будет совершенно свободным.

Она чувствовала, что память - это грязная шутка, которую над ней сыграли. Разве обязательно нужно было, чтобы она "помнила"! Почему ей нельзя окунуться в полное забвение, родиться заново, оставив все воспоминания, всю грязь прошлой жизни за своми плечами?