Цитаты из книги Учиться, влюбиться… убиться?

— Мать вашу за ногу! — Россия, — безошибочно определил пузатый тип. — Согласен с вами, коллега, — наклонил голову «маг». — Кажется, это одно из общеупотребительных русских выражений?

— Куда мы все-таки едем? Если уж речь зашла о драконах? — Узнаешь, когда доберемся, — осадила я его. — И можешь даже не обижаться. Сам напросился. Характер у меня отвратительный, настроение меняется примерно раз в пятнадцать минут, а вредность, любопытство и любовь к неприятностям у меня наследственные, наверное, от далеких предков-казаков. Может, все-таки передумаешь, и отвалишь? — После того, как ты нарисовала портрет женщины моей мечты? Ни за что! — Тьфу.

«– Как называется ваша диссертация? – «Как решетом воду носить». – Ну что вы, голубчик! Кто же так диссертацию называет? Назовите ее так: «Анализ проблем транспортировки вещества в жидком агрегатном состоянии в сосудах с перфори- рованным дном». – Профессор, а как называлась ваша диссертация? – «Влияние русских народных музыкальных кнопочных инструментов на развитие религиозно-философской мысли России конца ХVIII – начала ХХ века». – То есть «На хрена попу баян»?..

Я же такая нежная, такая чувствительная... не всяким бревном перешибёшь!

М-да. Я конечно, девочка добрая нежная и чувствительная… — Не всяким танком переедешь… Не отвлекай меня вредный голос в мозгу!

— Я хотел как лучше, — вздохнул Тёрн. — А вышло как лучше не надо.

Дайте мне в руки меч — и я сперва оттяпаю что-нибудь у себя, потом прикончу кого-нибудь из друзей, и в итоге отлично зарежусь без чьей-либо помощи.

— Ты с ума сошла? — разгадала мое намерение соседка. — Так утверждают многие мои знакомые, — огрызнулась я. — Но никто еще не установил дату этого исторического события. Не желаешь попробовать?

— Отловить бы того, кто такие штучки фабрикует, да прибить. — Я тебе прибью! — возмутилась я. — Даже и не вздумай! Это может стать темой моей будущей докторской диссертации! Вот поймаем, допросим, изучим, а потом прибьешь! — Добрая девушка Ёлка!

— Интересно, все элвары такие сволочи, или я опять наткнулась на исключение? — Все. Можешь не сомневаться. Но я среди них — первый.

— Любопытство кошек губит! — Но мы же не кошки!

— Между прочим, это последний визг моды! — Оно и заметно. Что визг — предсмертный.

— Ёлка, ты ему голову не оторвешь? — А стоило бы. Не трону, не боись. — Это хорошо. Знаешь, охранять его от тебя я бы не взялся. — Так ты ж не самоубийца. — Я телохранитель.

'Ёлка, ну какая из тебя девчонка?'— пьяно признавался оборотень. — 'Ты замечательная, умная, даже симпатичная, но ты же как сестренка! Тебя просто не получается не то что тронуть, даже и подумать! Ты же смотришь такими детскими восторженными глазами! Тебя хочется погладить по головке и дать конфетку. А не затащить в постель!'

Молчание, конечно, золото, но я всегда больше любила серебро.

— Вай, баюс, баюс… — Успокойся, — посоветовал я. — Если у нее заплетается язык, значит, действие снадобья скоро закончится. — И как это будет выглядеть? — Как обыкновенная Ёлка, только более сонная. — Я не обык-н-венная! — запротестовала ведьмочка. — Я — юни… уни… о! Уникот! — Уникум, — поправил я. — К-кой, ты в-умный, Лють!

— Тёрн, отвернись, а? — А я увижу что-то новое? — Ты же меня обнаженной не видел? — Зато видел кучу других женщин. Поверь, вы не сильно отличаетесь. — Это не повод меня разглядывать. Отвернись. — Кроме того, ты же вертелась пару раз голой перед зеркалом. А я помню твои воспоминания. — Скотина! В этот раз он таки получил подушкой. Почти. Вы не пробовали попасть по телепату? Вот и не надо. Увертливый, собака!

— Я хотел как лучше. — А вышло как лучше не надо.

И на самой грани, как солнечный лучик — надежда. Но от нее еще больнее, потому что надежда в любой миг может превратиться во тьму отчаяния. Облака сомкнутся, навалятся, раздавят — и в мире больше не будет ни одного человека. Нет, не так. В мире не будет только одного человека, но именно того, без которого и весь мир тебе не нужен.

Женщина не должна носить тяжести, если рядом есть мужчина.