Дорога в лето

Мэт улыбается, пытаясь оправиться.
— Смотри, Чет хороший парень и танцор. Но может он сделать так?
До того как я успеваю спросить его, как «так», он опускает меня вниз, мои колени сами собой подгибаются. Он не даёт мне времени среагировать и поднимает меня обратно, сделав так, что я прижимаюсь к нему даже ближе, чем до этого.
— Пытаешься заставить Чета ревновать?
— Что? Нет, — отвечает Мэт не стесняясь. — Зачем мне это? Мы оба знаем, что ты поедешь домой со мной.
— Я поеду домой с Ди.
— Это уже формальность.

Ди тоже ухмыляется, носком легонько касаясь моей ноги.
— Что? — спрашиваю я.
— Я думаю, мой лже-парень запал на тебя.
— Точно нет.
Её улыбка становится шире, будто моё отрицание всё доказывает.
— Тогда что это было? К тому же, я много раз видела, как он на тебя смотрит. Хотя я могла бы обидеться, ведь у нас лже-отношения.
— Это не значит, что я ему нравлюсь. Это значит, что мой бюстгальтер стоит своих денег.
Ди по-прежнему смотрит на меня. Я обдумываю, как бы мне уйти из комнаты и избежать расспросов. Такое ощущение, будто она сейчас посадит меня перед лампой для допроса.
— Тогда почему я только что видела, как ты пожирала его глазами?
Посылая ей мою самую милую улыбку, я отвечаю:
— Потому что его джинсы тоже стоят своей цены.

— Ты пьяна, — говорю я ей. — Пич меня убьёт.
— Я выпила всего один напиток. Без-ал-ко-голь-ный, — говорит она, растягивая слово. — Я сказала ему, что не пью, и он заказал мне очень странный чай со льдом. Он не был вкусным, но я выпила всё очень быстро, чтобы не казаться невежливой.
Мэт прикрывает рот рукой, чтобы не засмеяться. Я пихаю его, почти теряя равновесие на высоких каблуках из-за того, что Ди опирается на меня.
— Это был Лонг-Айленд айс ти, — говорю я ей. — Там пять разных видов алкоголя. Ди, как ты позволила незнакомому парню купить тебе выпивку?
— Подожди. Там был алкоголь? — Улыбка сползает с её лица, и она смотрит на меня. — Пич тебя убьёт.
— Ага, — соглашаюсь я, направляясь к выходу.