Улыбка женщины

Я не могла вспомнить, когда в последний раз сочиняла письма, а теперь собиралась писать человеку, которого совсем не знала. Странная все-таки штука - жизнь.

Пусть я не умел строить такие башни, да и полки мастерить, по правде говоря, тоже, я владел искусством слова и мог написать и сочинить более-менее правдоподобную историю, на которую клюнула бы романтическая дама, не верящая в случайные совпадения.

Иметь дело с симпатичным редактором гораздо приятнее, чем с закомплексованным писателем.

Как завоевать сердце женщины, вбившей себе в голову, что она связана узами судьбы с человеком, которым восхищается? С мужчиной, которого - смешно сказать! - не существует?

К сожалению, я был всего лишь Андре Шабане, ничем не выдающимся редактором, назвавшимся Робертом Миллером. Тем самым великим, жизнерадостным и в то же время мудрым Робертом Миллером, который своей писаниной умел задевать за живое красивых и не слишком счастливых женщин.

Удивительно, что он просто не выставил тебя за дверь. Представь себе, что все читатели начнут так же ломиться в издательства!

Глядя в ее чистое, красивое лицо, думала о том, что Бернадетт - одна из немногих женщин, которым действительно идет скромный узел на затылке. А когда она распускала свои светлые, до плеч, волосы, на нее оглядывались мужчины.

Когда женщина говорит: "ничего", она расстроена не на шутку.

Кое-что я себе действительно позволяю. Например, каждый раз, когда чувствую себя несчастной или на душе тревожно, я покупаю цветы. Разумеется, я люблю их и когда мне хорошо, но в плохие дни они для меня — знак начала новой жизни, того, что отныне все будет в порядке, что бы ни случилось.

Когда человек несчастен, он либо вообще ничего вокруг не замечает и жизнь для него опрокидывается в пустоту, либо, наоборот, видит необыкновенно ясно и все вокруг него вдруг обретает смысл. Даже самые привычные предметы, например светофор, получают особое значение, и мигающий свет — красный или зеленый — может стать знаком, показывающим путь.